Моя жена не знала, что я отвратительный охотник — это был факт настолько непримечательный и одновременно настолько хорошо известный моим дружинникам, что они даже не воспринимали его как какую-то новость, которой стоит делиться с окружающими. Моя неспособность охотиться была сродни восходу солнца на востоке и закату на западе — зачем это вообще обсуждать и сомневаться в непреложной истине? И как солнце делает полный оборот по небосводу каждый день, так и командир Виктор Гросс, ныне барон Гросс, совершенно не умеет охотиться. Это знают все и каждый.
Но то, что Эрен была не в курсе моего критического изъяна как аристократа — а для благородного человека здесь это был на самом деле серьезный изъян — не освобождало меня от необходимости хотя бы попытаться. У меня было два дня, за которые я либо добуду шкуру на воротник самостоятельно, либо придется купить ее у охотников, а вместе с подарком Эрен еще и получит мое признание о том, почему я отныне и в будущем буду меха ей только покупать.
Очевидно, повел меня на добычу зверя лично староста деревни. На рассвете из поселения вышла группа охотников на промысел, так мне сообщили дежурные бойцы. Связные с поселком варваров были, скорее всего, как раз в этой группе, а значит стоит наблюдать, когда эти мужчины вернутся в деревню. Соответствующие указания я передал бойцам через Ларса, а он уже подговорил самых смышленых и сдержанных парней, чтобы не трепали лишнего. Остальной отряд прохлаждался, занимаясь, кто чем. Но в основном парни слонялись по деревне и окрестностям, правили клинки или перебирали кольчуги. В походе азартные игры были запрещены, иначе бы парни уже давно раздобыли какую-нибудь колодку и рубились в кости. Безделье — худший из противников, ведь скука убивает само движение мысли, способность человека жить. А так как пить алкоголь, есть сверх меры и трогать местных девок им запретили, приходилось искать другие развлечения.
Посовещавшись перед выходом, староста Геберик предложил самый простой вариант. Раз уж мне так хотелось добыть зверя самостоятельно, то было решено, что мы пойдем ставить новые кормушки для песцов и проверять уже готовые места. Этот зверь чаще водился севернее, но забредал и на территорию надела, так что шансы были ненулевые. Кроме того, кормушки приманивали и обычных лисиц — которых придется, все же, бить, когда как песцов просто отлавливали, отпуская мелочь и оставляя только лучшие экземпляры на мех — то есть шансы на охоту резко увеличивались.
— Впереди еще пара мест прикорма, после чего станем на обед, — скомандовал Геберик.
С нами кроме Ларса и Грегора пошел еще один охотник, чтобы помочь донести мясо на прикорм. Кроме этого, по пути к кормушкам Геберик подбил из лука какую-то птицу — она пойдет в кормушки в качестве свеженины.
— И что, зверь точно придет? — пыхтя, спросил Ларс.
— Места эти прикормленные, они постоянно захаживают в поисках, чем бы поживиться, — ответил Геберик, продолжая шагать по неглубокому снегу.
У нас на ногах были плетеные снегоступы, а в руках — по охотничьему копью, так что все, кроме меня, в снег почти не проваливались. Мне же, из-за моего веса, приходилось тяжелее всего, но я воспринимал охоту просто как очередную тренировку на выносливость. А то зиму просидел в кабинете и в самом деле, уже совсем заплыл жиром, даже конный переход в сутки дался с большим трудом, чем такая же поездка осенью или весной, до свадьбы.
Возле каждой кормушки устанавливали и силки. Я старался помогать в этом деле, внимательно наблюдая за движениями рук охотников, но все равно, это выглядело как какая-то запретная магия.
Когда зимнее солнце прошло условный зенит и стало клониться к горизонту — то есть было уже часа три дня — Геберик объявил привал.
Быстро разожгли костер, сбросили промокшие сапоги и достали свежие портянки, перемотать ноги. Холодно не было, погода выдалась на удивление приятная, так что можно было спокойно просушить промокшую обувь.
— Милорд, — кивнул Геберик, подходя к полену, на котором я устроился и со знанием дела перематывал портянку. — Сейчас мы пойдем через старые кормушки в обратном направлении, но тут если не повезет, то ничего не попишешь и…