Мои спутники нс спорили много со мной о* качествах гориллы. Итак, пустились мы в путь вместе с женщинами и детьми, чтобы поохотиться на горилл в самом сердце Африки.
Шестинедельное путешествие от Капштадта до страны Киву дает много пестрых впечатлений. Одни только переезд по железной дороге от Капштадта до Бухама длился семнадцать дней. На одной из станций мы просидели шесть дней в ожидании следующего поезда. 134
За все это время мы пе видели ни одного дикого животного— так быстро вымирают они на юге Африки. От Бухама мы отправились дальше в стальной лодке, которую тащил буксир. Пять дней ушло иа переезд до реки Луалеба, одного из важных притоков Копго. Деревья-великаны склонялись пад рекой, отражаясь в ее водах. Кругом летало бесчисленное множество птиц. Крокодилов было мало. Однажды показался бегемот, вдалеке прошли слоны.
Так мы доплыли до Кабало, откуда по железной дороге проехали до Альбертвилля, расположенного на берегу озера Танганика. Затем мы переправились в лодках через озеро к Узамбара, а оттуда шли семь дней о караваном к южпому краю озера Киву. Чтобы переправиться к противоположному, северному, берегу озера в правительственной лодке, пришлось добиваться разрешения бельгийских властей. На полпути мы остановились в миссии «белых братьев», расположенной на западном берегу озера. Миссионеры рассказали нам, что поблизости от миссии была совсем недавно убита горилла. Она забралась в банановые плантации. Владелец их, старшина ближайшей деревни, приказал односельчанам прогнать обезьяну. Так как согласно-местным верованиям горилла считается священным животным, негры отправились яа' охоту, не взяв с собой ничего, кроме дубинок. Горилла набросилась па преследователей и убила одного из них. После этого вера в божественность' гориллы несколько поколебалась, и старшина приказал убить ее копьями.
Мне было не совсем ясно, насколько правдив этот-рассказ и насколько он подтверждает или опровергает мою теорию миролюбия горигглы. С одпой стороны, негры рассчитывали прогнать ее дубинками, — значит,, они пе думали встретить серьезного сопротивления.
Но, с другой стороны, горилла не оправдала их расчетов. Несомненно было одно: мы, наконец, добрались до всамделишной страны горилл.
На следующий день мы отправились дальше, к северной оконечности озера.
Сказочная страна Кину. Лесистая долина гори Микено на родинегорплл.%
Поело трехдневиого перехода я прибыл в отделение миссии «белых братьев», у подножия горы Микено. Здесь же я нашел проводника.
Углубившись на небольшое расстояние в лес, я нашел доказательство того, что два или три дня тому назад здесь побывали гориллы.
Я был в возбужденном и нервном состоянии. Длинный путь остался позади. Мною овладела странная тревога, желание как можпо скорее начать охоту сме-13G
шпвалось с опасением, что придется почему-либо возвратиться домой с пустыми руками.
На следующий депь мы миновали зопу бамбуковых зарослей и вошли в первобытный лес. Время от времени пам попадались следы слонов и буйволов. Все кругом было очень похоже на гору Кепяа в миниатюре, и я лишь с трудом освободился от навязчивой мысли о том, что опять охочусь за слонами на ее склонах. Повсюду виднелась та же растительность, только деревья были мельче. Те же слоновьи тропы пересекали чащу, по они встречались реже, чем на Кениа. Здесь не было гигантских бамбуков, достигавших восемнадцати метров в вышину и двенадцати дюймов в обхвате. Все было меньше, чем на Кейна, но все напоминало милые мне места.
Ущелья были так же обрывисты и опасны, а в г губино их лежал такой же глубокий и вязки! ил.
В лесу то и дело сходились1 и расходились тропинки, приложенные туземцами или протоптанные лесным i животными. Мы пошли по одной из звериных троп, пролегающей у подножия Микено, и после двухчасовой ходьбы поровпялпсь с небольшой ямой, перегораживавшей тропу. На илистом дне -этой ямы мы увидели оттиск четырех суставов — горилла, проходя, уперлась рукой о землю. Ошибиться было невозможно. Ни одно животное па свете не оставляет такого следа, пп у одного существа пет такой большой руки. Следующей по величине является рука шимпанзе, по шимпанзе, упираясь в землю, держит руку иначе. Когда я увидел этот след, из моего сознания испарились все мои рассуждения о миролюбии горилл. Я механически взял ружье из рук боя. Этот первый увиденный мною след гориллы взволновал меня больше, чем все, что произошло впоследствии.
Полчаса спустя мы увидели второй след. Эго были оттиски гигантской человекоподобной поги с ясно очерченной пяткой. Такая пятка, как известно, отличает человека и гориллу от1 всех других животных па свете. Теперь ружье, бывшее у меня в руках, показалось мне недостаточно сильным оружием. Я передал его бою, а сам взял крупноколиберное ружье, с которым ходил на слонов, и затем уже не расставался с ним, хотя дорога нам предстояла трудная и утомительная. После этого мы шли без остановки еще часа два. Порою приходилось пробираться па четвереньках, точь в точь, как это живописуется в классических охотничьих рассказах.
Вскоре мы вышли на небольшую поляну. Здесь лежало много поваленных бамбуков, и благодаря этому следы гориллы терялись. Я обещал проводникам щедрую награду, если они до наступления сумерек найдут почтенного предводителя горилльего стада. Но не помогло и это. Нам пришлось уйти назад, и только к трем часам утра, после страшпого напряжения, мы возвратились под проливным дождем в лагерь. Как только мы пришли, ливень прекратился. Я собрал проводников и довел до их сведения, что они никуда не годятся. Затем я велел сверпуть палатки, сложить вещи и возвратился в миссию. Там я прежде всего улегся спать.
На следующее утро мы двипулнсь на юго-запад от Микено. Через три часа мы вошли в деревшо, принадлежащую султану Бурунга. Султан приветливо принял меня. Я рассказал ему о своих намерениях, и он немедленно вызвал из группы сопровождавших его негров двух великолепных молодцов д приказал, чтобы они пошли со мною в качестве проводников.
Обстоятельства складывались гораздо благоприятнее, чем накануне. Я решил переночевать в Бурунга и ранним утром выступить- в горы. Вдруг ко мне подошел 138 красивый молодой туземец. Задыхаясь от усталости, он передал: мне рекомендательное письмо от мистера Бориса, который охотился в глубине страны за гориллами по поручению Британского музея. Я немедленно взял его в качестве оруженосца и еще более воспрянул духом.
Я хотел выступить на рассвете и возлагал большие надежды на нового оруженосца и на проводников. Я давно уже был готов, по они все не появлялись. >1 ждал и ждал и, наконец, потеряв терпение, послал за ними. Проводники немедленно собрались. От них веяло весельем, уверенностью и предприимчивостью. Они по советовали брать с собой носильщиков, так как нам предстояло итги по дорогам, по которым нельзя было пронести ни киноаппарата, ни других научных принадлежностей. Я с легкостью согласился на это-и вообще решил отдаться иа их волю. В конце концов должен же был я увидеть хотя одну живую гориллу!
Мы спустились в глубокое ущелье, затем снова вскарабкались на высоту по противоположному откосу. Проводники шли впереди, прорубая дорогу в густых зарослях и проклиная растущую всюду крапиву. Мы .подымались вверх по хребту, пока нс очутились на высоте трехсот метров над лагерем. Я стал: надеяться, что подъема больше не будет, до того головоломен был пройденный путь. С того места, где мы стояли, было видно следующее ущелье, на противоположной стороне которого возвышалась еще более почтенная гора. Кругом стояла мертвая тишина.
И вдруг с противоположной сторопы ущелья донесся едва различимый шорох. Проводники насторожились. Мы пошли вперед, но то и дело приостанавливались и прислушивались. Вдруг самый младший из проводников, юноша лет четырнадцати, указал пам на группу