Фантазии прерывает слабый стук в окно. Не сразу понимаю, что это. Приподнимаюсь на локтях и прислушиваюсь. Звук повторяется. Как будто кто-то бросает камушки в стекло. Выбираюсь из постели и раздвигаю шторы.
Бостон.
Он стоит под моим окном и бросает в него мелкие камушки. Я не могу сдержать смех.Он сошел с ума?
Открываю раму и высовываюсь из окна. Промозглый воздух окутывает плечи, и меня передергивает от холода.
– Что ты здесь забыл? – шепчу, оглядывая дом. Вроде бы свет нигде не зажегся.
– Помоги забраться.
– Сюда?! На второй этаж? Ты спятил.
– Залезу по этой изгороди, – Бостон указывает на стену возле моего окна, обвитую плющом.
– Она тебя не выдержит!
– Выдержит. Открой окно шире.
Я проглатываю смешок и делаю так, как он велит. Бостон сбрасывает пальто, подкатывает рукава рубашки по локоть, подтягивает брюки и начинает взбираться по изгороди. Сумасшедший. И я с трудом сдерживаю смех.
– Тише! – шикаю я, когда Бостон создает слишком много скрипа. – И аккуратнее! Не упади.
– Все под контролем, не бойся.
Он преодолевает первый этаж. Равняется с моим окном и тянет мне руку.
– Почти справился, – улыбаюсь я.
– Если я сейчас упаду, Юджин сломает мне ноги за то, что я сломал его изгородь.
Прикрываю рот ладонями и смеюсь. Сегодня Бостон забавный. И это уникальное явление. Хочется думать, что такой он только со мной.
– Давай, заползай.
Хватаю его за плечи, когда Бостон повисает на моем окне. Помогаю забраться внутрь. Бостон перекидывает ногу и вваливается в мою комнату.
– Ты ненормальный, – тихо хихикаю. – И стоило оно того?
– Стоило, – отряхивается и поправляет одежду, а я не могу отвести глаз от его крепких рук. На них так отчетливо выделяются вены, и это завораживает. – Я ведь забыл отдать тебе твой подарок.
– Ты пропустил мой день рождения, поэтому подарок не приму, – театрально фыркаю и закатываю глаза.
– Сначала посмотри, от чего отказываешься.
Бостон вытаскивает из кармана брюк стальную коробочку в форме сердца. Она отшлифована до зеркального блеска и выглядит очень необычно, как какой-то амулет.
– Это кулон? – прищуриваюсь.
– Нет. Подарок внутри.
Бостон передает стальное сердце мне в руки, и я вижу надрез по центру, который можно раскрыть в стороны. Получится так, будто сердце разъединили на две равные части. Я открываю коробочку и вижу внутри черный камень.
– Что это? – присматриваюсь ближе. – Такое красивое…
– Это черный бриллиант. Очень редкий ограненный алмаз. Их почти не достать в таком виде.
– Вау… – у меня сбивается дыхание. – Он, наверное, сумасшедших бабок стоит…
– Не думай об этом. Единственное, о чем тебе придется подумать, – это что с ним сделать. Я хочу, чтобы ты решила сама. Найди ему такое место, чтобы он никогда не покидал тебя, ладно?
– Ладно, – улыбаюсь я. – Найду. Рядом с сердцем.
Бостон смущенно улыбается и смотрит на меня так проникновенно. Я теряюсь в его карих глазах. В этой темноте, тайну которой я никогда не узнаю. Не узнаю, чего он хочет, что его тревожит, о чем он думает. Ведь он всегда молчит.
– За подарки принято благодарить, – говорю, приближаясь к нему на шаг.
– Не нужно. Это от всей души.
– А если я хочу отблагодарить? – подступаю еще ближе и кладу руки ему на плечи. Мы почти одного роста, поэтому у меня почти получается заглянуть ему в глаза.
– Кендалл… – Бостон втягивает воздух и перестает дышать, когда я опускаю губы на его шею. Он прикрывает глаза.
Я вся дрожу, но я должна быть смелой.Я не ребенок. Хочу, чтобы он запомнил меня другой. Хочу, чтобы все это время скучал по мне и вспоминал этот момент.
Я опускаюсь ниже, прокладываю дорожку из робких поцелуев вдоль его шеи до ложбинки между ключиц. Грудь Бостона напрягается и застывает на вдохе. Представляю, какой он под рубашкой. Какое красивое у него тело, которое хочется трогать, ласкать, делать ему приятно. Мне не терпится проверить. Расстегиваю верхние пуговицы его рубашки, но Бостон перехватывает мое запястье.
– Кендалл, так нельзя. Прекрати, – он не смотрит на меня. Запрокинул голову к потолку и зажмурился.
– Останови меня, – выдергиваю руку из его хватки и вцепляюсь в ворот рубашки.
– Боже… Что ты творишь со мной?
Бостон резко сковывает обе мои руки и притягивает меня к своей груди. Я смотрю в его темные, почти черные глаза, переминаясь с ноги на ногу.