– Даже если это и так, Ариадна, – Его голос опустился до едва уловимого шепота, – не все правды должны быть раскрыты. Иногда незнание – это благословение. — Он сделал крошечный шаг вперёд, его лицо теперь почти касалось моего, а глаза пристально изучали мои. Я ощущала тепло его дыхания на своей коже, и мурашки пробежали по спине.
– Ариадна, я не могу дать тебе того, что ты ищешь. В этом мире есть вещи, которые лучше оставить во тьме, – его голос был твёрд, как никогда, низкие нотки проникали под самую мою кожу, вплоть до рёбер. – Возможно, когда-нибудь в скором будущем ты получишь ответы на все свои вопросы, но будь готова к тому, что они окажутся не такими, как ты ожидаешь. – На мгновение воцарилась тишина, гудевшая напряжением и нерешительностью. Я вглядывалась в его черты, надеясь уловить там хотя бы отблеск истины. И вдруг мне показалось, что в его взгляде промелькнул некий свет, озаривший тьму его зрачков, но он тут же отвернулся, словно боясь, что я сумею разгадать его страшную тайну.
– На этом мы закончим. Отправляйся в подразделение, комендантский час через пятнадцать минут. И не лезь, туда, куда не надо. – Закончив говорить, Рэн, не попрощавшись, удалился в сторону тренировочного поля.
Я осталась стоять неподвижно, наблюдая, как он скрывается в сумраке, и его фигура растворяется среди теней, оставляя меня в круговороте собственных мыслей. Его слова – предостерегающие, но полные неуловимых намеков – не давали мне никак успокоиться. Отступать сейчас было бы равноценно капитуляции. Переступив с ноги на ногу, я почувствовала холодный пронзающий ветер, который пробирал насквозь. Надо было идти, чтобы вовремя вернуться в подразделение. Но даже шаги, ведущие меня обратно, не могли окончательно отвести мои мысли от Рэндольфа и его тайны, которая была страшна, как надвигающаяся зима с её снежными бурями. Он знал о моей семье больше, чем говорил, и его осведомленность очень тревожила меня. По дороге к спальне я размышляла о той первой ночи, когда Рэн казался почти невидимым, сливаясь с тенями так, как могут только Кротверты. Но он не был одним из них, как я узнала от тёти. Что-то в его связи с тенями и контролем над ними, делало его особенным и очень опасным. Возможно, он владел древними знаниями или тайными техниками, передаваемыми из поколения в поколение. Но ведь Кровтерты в этом были самыми могущественными и больше никто в нашем королевстве не был связан с этой силой. Всё это невероятно взрывало мой разум.
— Иногда стоит отпустить ситуацию и дать времени показать, что будет дальше. — Раздался голос Фора. Он не то, чтобы намекал не лезть куда не надо, как и сказал мне Рэн. Нет, он говорил прямо, чтобы я остановилась сейчас. Но хотела ли я этого? Поэтому слова Фора так и остались без ответа.
Оказавшись внутри казармы, я взглянула на часы. До комендантского часа оставалось ещё пять минут. Я отправилась в душевую, стоя под горячими струями воды, пыталась разгадать необъяснимую связь между мной и Рэндольфом, которая точно была. Еще и голос в моей голове, который не дает покоя. Подозрительно то, что временами Фор исчезает на неизвестный срок, и тогда в сознании воцаряется ощущение легкости и свободы, и я вновь принадлежу самой себе. Выйдя из душа, я отчетливо понимала: я готова идти до конца, пусть это и потребует нарушить все правила и рискнуть всем ради желанной истины.
ГЛАВА 15
Мы все лишь часть этого чертового заговора…
И я кульминационный его момент.
«Из Дневника Ариадны Абрамс»
18 августа «Территория Подразделений»
Утро настало незаметно, в остывшей за ночь комнате, парила легкая завеса тумана. Все, кто находился в ней, молча одевались, возвращая себя к жизни. Фрима изредка бросала на меня косые взгляды, что вызывало не беспокойство, а больше раздражение. Жгучее желание произнести что-то ядовитое медленно наполняло мою грудь, расползаясь по телу до самых бронхов. Я выразительно подняла правую бровь в немом вопросе, поймав её взгляд. Она лишь скривила губы и встала возле двери, скрестив руки на груди.