— Я отвезу тебя отсюда, принцесса, — продолжал говорить этот убаюкивающий голос. Я промычала что-то невнятное в ответ, и меня повели куда-то через толпу. Я будто заснула на какое-то время, а когда открыла глаза, уже лежала на заднем сидении автомобиля.
Сначала я подумала, что меня собираются изнасиловать, но быстро осознала (мне показалось, что быстро), что на мне нет чужих рук, пытающихся меня раздеть. Попыталась сесть ровно, но кости ломило, будто я умираю. После таких ощущений захотелось действительно уйти из жизни и ничего не чувствовать. Я зашипела и зажмурилась, больше не предпринимая попыток двинуться.
Передняя дверь открылась, и кто-то сел на пассажирское сиденье. В голове мимолётно пронеслись ужасные мысли. Хотя мне сейчас совершенно всё равно, что со мной сделают. Лучше убьют, чем терпеть всё это.
Через какое-то время я просто отключилась.
***
Я видела свет в конце, клянусь. Буквально неслась к нему или спокойно двигалась вперёд, навстречу слепящему выходу из мокрого тоннеля. Понимала, что это конец, но как только свет был от меня примерно в метре, и я могла протянуть руку, чтобы коснуться, мои глаза произвольно распахнулись. Я ошиблась, это всего лишь оказалась лампа в больнице, светящая мне прямо в глаза. Зажмурившись, отвернулась в сторону. Одно движение отдалось болью во всём теле. Не выдержав, я закричала, сжимая в кулаках простынь. Несильно, но это всё, на что я способна.
Пока ко мне бежала медсестра, я попыталась вспомнить, что, блять, всё-таки произошло вчера. Как ни странно, в голове всплыл практически весь вчерашний день, кроме некоторых промежутков, когда я теряла сознание. Стоит ли говорить, что я уже ужасно жалела о поступке?
Милая девушка с длинной косой до поясницы влетела ко мне в палату буквально через секунд пятнадцать-двадцать. Она подбежала к моей койке, доставая какой-то прибор из кармана халатика. Проделав некие махинации и разглядев мои зрачки, она задала вопрос:
— Как вы себя чувствуете, Кристина?
Ничего не ответив, принялась рассматривать изъяны её бледной кожи. На широком лбу появился красный прыщик, который очень меня бесил. Руки тянулись избавиться от него, но я не могла языком пошевелить, не то что конечностями. Медсестра, кажется, поняла меня, поэтому просто кивнула.
— Врач скоро подойдёт, у него плановый осмотр. Скоро и приедет ваш парень.
Я чуть не вскочила, почувствовав внезапный прилив сил. Мои глаза расширились в несколько раз, а безымянный палец левой руки задёргался.
— Дмитрий. Он вчера представился вашим молодым человеком. — Я мгновенно расслабилась и даже прикрыла глаза, пытаясь пошевелить языком.
Это всего лишь Митя.
Во рту пустыня Сахара. Кое-как просипев «воды», я попросила то, что мне нужно. Девушка помогла мне отпить из стакана, и говорить стало намного проще.
— Когда я приду в норму?
Теперь медсестра внимательно меня изучала. Она не успела ничего сказать, так как в палату вошёл низкий мужчина с довольно длинной чёрной шевелюрой, забранной в хвост. Он держал в руках планшет с бумагами и ручку. Как только он заметил, что я пришла в себя, положил бумаги на тумбочку у моей кровати и нагнулся к моему лицу, пальцами раскрыл мои веки пошире, посветил фонариком в зрачки и сделал для себя какой-то вывод. Доктор выпрямился и улыбнулся, именно от этого мне стало легче.
— Ну что с вами делать будем, Кристина? – Не знаю, можно ли считать, что он со мной приветлив, но от насмешливого тона мне явно не стало хуже.
– Отпустить, мне нужно домой, – нескладно ответила я и сглотнула слюну, которая наконец-то начала скапливаться.
– Не-ет, так дело точно не пойдёт. – Снова взял планшет в руки. – Нужно поставить вас на учёт в наркологии.
Я с ещё большей силой, чем в прошлый раз, сжала простыни. Мне не хотелось подорваться с места, а просто попытаться забыть весь вчерашний день и начало сегодняшнего. Если я начну кричать и умолять этого не делать, ничего хорошего не выйдет, и меня точно сочтут за наркозависимую, а это пока что не так.
Я подумала о Владе, который сейчас ужасно беспокоится, и о том, что я скажу ему, когда буду дома. Но когда меня выпишут? Вряд ли скоро, я еле могу встать с кровати. Да и как я преподнесу новость о том, что стою на учёте? Мне кажется, мои вещи в чемодане уже стоят у двери, потому что в квартире уже никто не ждёт. Мой телефон снова вне доступа, я пропала, а доехать до дома родителей ничего не стоит, а Влад сделает именно так. Думаю, вся ложь раскроется сегодня-завтра, а я так и буду лежать в больнице и ждать, когда меня начнут пичкать препаратами против зависимости.