Я умылась, почистила зубы и попыталась очистить желудок. Десять минут, проведённые на коленках перед туалетом, не дали своих результатов. Я приняла холодный душ и переоделась в чистую одежду, немного прибралась в квартире и управилась со всем этим за час с небольшим. Михайлова так и не было. Я сидела на кровати, обняв колени руками, и смотрела на потухший экран телефона в ожидании звонка хоть от кого-нибудь, а в голове так и крутились мысли и моих изменах. Но ведь вчера я поступила так из-за того, что увидела сообщения в телефоне парня.
Я услышала, как открывается замок на двери. Встрепенулась и побежала в коридор, собираясь упасть на колени перед моим мальчиком и молить о прощении. Мне нужно всего несколько минут, чтобы хотя бы объяснить своё поведение. Однако Влад был не один, а со своим братом. Мне стало ясно: Влад знал, что я ещё буду тут, поэтому привёл подмогу. Ему нужен какой-то барьер от меня. Наши взгляды встретились, но парень тут же отвернулся, бросая ключи на полку. Без слов он заставил меня уйти в комнату, пока его брат раздевался и направился в ванную, чтобы помыть руки.
— Ты рассказал ему? — Я обняла себя руками, говоря первое, что пришло в голову. Михайлов держался от меня в нескольких метрах и выглядел так, будто хочет задушить меня собственными руками. Я бы даже не сопротивлялась.
— Нет, — выдавил он из себя. Под его красивыми глазами залегли большие тёмные круги. — Но он поможет мне сдержаться, чтобы я не наорал и не выгнал тебя, хотя стоило бы. Почему ты всё ещё здесь?
Так ужасно чувствовать холод между нами и видеть, как Влад сдерживает собственные чувства. Он спрятал руки в карманах и уставился на стенку. Мы стали такими чужими всего за один вечер, но я понимаю, что это длится давно, когда я впервые столкнулась с темой наркотиков после долгого перерыва.
— Я хочу поговорить, — прошептала я. Хотелось коснуться его напряжённой скулы и заставить повернуть голову, но я будто прилипла к полу.
— Не думаю, что это действительно требуется. Убирайся. — Он старался сделать голос злым, серьёзным, однако я хорошо его знала. Через осколы его души просачивалась боль, которую я ему причинила.
— Ты имеешь право знать, что со мной происходило всё это время. Я не прошу жалеть меня или снова пытаться вылечить. Просто послушай. — Слёзы уже напрашивались вылиться наружу.
— А что, если я не хочу? — Он наконец-то одарил меня своим взглядом, но легче мне не стало.
— Я видела вашу переписку с твоим директором, — почему-то вдруг сказала я, хотя эта тема была в моей голове на последнем месте.
— И что? — Владу было как будто всё равно, но опять же, я увидела беспокойство.
— Она делала тебе комплименты, предлагала встретиться, и я подумала, что именно поэтому ты стал так холоден. Перестал обнимать, целовать, мы даже не занимались сексом. Я испугалась, что всё потеряно.
— Именно поэтому ты решила, что лучше свалить из дома и трахнуться с кем-то под наркотой, чем поговорить об этом со мной?! — Михайлов теперь был в ярости. Он сделал предупреждающий шаг ко мне.
— Я не трахалась ни с кем, я только купила дозу, — всхлипнула я, оправдываясь. Мне не стоит говорить о Мите или о том поцелуе, хоть сейчас лучше выложить всю правду. Но есть ли в этом смысл? Наши отношения рушатся с каждой секундой всё больше.
— Ты считаешь, что я поверю тебе? Сейчас? После того, как я вчера увидел тебя в таком состоянии? — Он злобно усмехнулся. — Я звонил твоим родителям, желая проверить очередную ложь. Помнишь, ты говорила, что твоему отцу было плохо? Ты бы хотя бы обговорила с ним это! Никто твои слова не подтвердил.
Это, мать вашу, конец.
— И в больнице ты лежала после передоза! Ты, блять, столько времени врала мне, а потом умудрялась прикрыть свой зад и спать рядом со мной, целовать! Я был как пёс, который верил тебе, а ты за моей спиной такое вытворяла! Я ненавижу тебя, но в то же время не могу заставить разлюбить. Ты не заслуживаешь хорошего отношения к себе.
— Да, я знаю! Знаю! — Я бросилась к нему в объятия, прижимаясь к любимому телу сильнее, но Влад начал отталкивать меня. Я не отпускала и продолжала обвивать его шею руками. — Ты во всём прав, Влад! Я мразь, но хочешь, ударь меня! — Я разревелась, смотря ему в глаза. Ноздри парня раздувались от злости, глаза налились кровью. Я надеялась, что никогда не увижу своего любимого в таком состоянии.
— Мне противно даже трогать тебя, Крис. — Он сломан, но всё ещё поддаётся моим касаниям.
— Я люблю тебя, Влад, — дотронулась рукой до его небритой щеки. Он не стал сопротивляться. — Я всегда буду ненавидеть себя за то, что обманула, и за то, что сорвалась. Ты сделал так много для меня, а я выкинула твою любовь в помойку.