– Вы скажете Клэр, что я исполнил свой долг? – Нейпир вздохнул. – Она ждет ребенка…
Николас отстегнул блестящую медаль с груди Ферро и сунул ее в нагрудный карман мундира лейтенанта.
– Вот, покажите ей, когда с ней увидитесь. Эти «драгоценности» стоят как настоящие бриллианты.
Ник вспомнил Мэг и подумал, что может быть… Он отбросил эту неуместную сейчас мысль. Ему очень хотелось быть рядом с ней, видеть ее лицо, когда… если…
Но с этим удовольствием придется подождать.
Он перевязал раны Нейпира как можно туже, дал ему выпить рома и, усадив товарища позади себя на Ганнибала, поскакал к северу.
К счастью, Нейпир впал в забытье через несколько миль. Когда Николас достиг расположения британских войск, он переложил карты во внутренний карман мундира Нейпира.
– Доставьте лейтенанта как можно быстрее в штаб-квартиру главнокомандующего в Брюсселе. У него важнейшая информация для Веллингтона.
Сам же вскочил на Ганнибала.
– А вас куда черт несет, майор?
– В Шарлеруа. Там Наполеон собирается перейти границу.
Николас всю дорогу пришпоривал Ганнибала. Приближались сумерки. Под угрозой было множество человеческих жизней, включая его собственную. Он взглянул на свой герцогский перстень. У него был долг перед женой, перед своей страной, перед родом герцогов Темберлеев.
Если удача ему не изменит, он еще успеет раздать свои долги.
Глава 68
– Какое столпотворение! – воскликнула Дельфина, когда они с Мэг в карете Фэрли направлялись на бал к герцогине Ричмонд. – Эти солдаты на улицах создают ужасные неудобства. Совершенно невозможно никуда поехать! Наверняка мы опоздаем.
Мэг выглянула в окошко. Мелькали бледные лица, свет факелов вспыхивал на металле мушкетных стволов и штыков.
– Уильям, едва ли сейчас время для парада, – сказала Элинор своему мужу. – Что происходит?
– Ничего, о чем стоило бы беспокоиться, дорогая. Герцогиня Ричмонд спросила лорда Веллингтона: можно ли устроить бал сегодня? Главнокомандующий заверил ее, что никакой опасности нет, а раз он так считает…
– Уилл, – настаивала Элинор, добиваясь правды. – Эти солдаты вышли не на вечернюю прогулку. Они выступили в поход. Я уже восемь лет жена военного.
Полковник посмотрел на Мэг и Дельфину и тяжело вздохнул.
– Сегодня днем мы получили сообщение. Наполеон перешел границу и вторгся в Бельгию.
Дельфина испуганно вскрикнула и зажала рот затянутой в перчатку ладонью.
– Он придет сюда сегодня ночью?
– Успокойтесь. Мы просто приняли предосторожности. Никакой опасности нет. Возможно, пройдет еще некоторое время, прежде чем что-то произойдет. В противном случае разве стал бы Веллингтон танцевать всю ночь напролет? – успокоил ее Фэрли.
Мэг всматривалась в толпу. Она увидела, как один солдат выскочил из строя, чтобы поцеловать свою возлюбленную, как рявкнул на него сержант. «Храни тебя Господь», – пожелала она молодому солдату, надеясь, что и Николас, где бы он ни находился, тоже останется невредим.
Герцог и герцогиня Ричмонд арендовали для своей резиденции в Брюсселе огромный дом фабриканта карет. Бал был устроен в цеху – просторном открытом пространстве, украшенном герцогиней декоративными решетками, цветами и тысячами свечей.
– Послушайте, – сказала Маргарита, когда они поднимались по ступенькам. Стук сапог марширующих, отбивавших такт, придавал мрачный оттенок танцевальной музыке, льющейся из открытых окон.
Дочь герцогини встретила их у дверей.
– Джорджиана, все улицы забиты солдатами. Вам не страшно? – спросила Дельфина.
Джорджиана беззаботно рассмеялась.
– У вас такой вид, будто сам Наполеон сейчас войдет в эти двери и вторгнется на нашу вечеринку. Лорд Веллингтон заверил маму, что нам нечего бояться. Вы когда-нибудь видели столь грандиозный бал? Так много интересных джентльменов! Я собираюсь потанцевать с каждым.
Атмосфера веселья, царившая внутри, составляла резкий контраст с тем, что происходило снаружи. Если кто и был испуган, то не показывал вида. Свет свечей не высвечивал здесь ничего более угрожающего, чем золотые галуны и бриллиантовые ожерелья. Мэг полагала, что ей следовало бы почувствовать облегчение, но сердце ее тревожно сжалось.
– Вы думаете, Темберлей здесь? – спросила Элинор.
Маргарита покачала головой. Ей довелось поговорить с солдатами, которые знали Николаса в Испании. От них она услышала гораздо больше историй, чем рассказал ей Стивен Айвз. Теперь она знала, что храбрый солдат, человек чести и есть настоящий Николас. А повеса, обманщик – неверные, ложные его образы. Если битва неизбежна, значит, муж ее в самом пекле.