Глава 73
– Аа, хорошо. Наконец она очнулась. Пожалуйста, пришлите кого-нибудь присматривать за ней, капитан.
Мэг с усилием открыла глаза. Напротив нее на походной кровати лежал мужчина.
– Где я?
– Думаю, это кладовая, – весело ответил ее сосед. – Возмутительно, но она оказалось единственным тихим местом, чтобы поместить вас… и меня. За нами должным образом присматривали, уверяю вас. Почти всю ночь с вами сидела молодая дама. Леди Дельфина Сент-Джеймс. Извините меня за то, что не встал. Видите ли, вчера я потерял ногу.
Мэг попыталась сесть. Все вокруг закружилось.
– Осторожнее, пожалуйста, ваша светлость. Я не в том состоянии, чтобы подхватить вас, если вы потеряете сознание. Между прочим, я полковник Мелтон.
В комнату торопливо вошли женщина и солдат.
– Ах, вот и вы наконец, мадам, – сказал Мелтон. – Это герцогиня Темберлей. Я уверен, что она может воспользоваться вашей помощью. Ваша светлость, это наша хозяйка. Она владелица таверны, где мы расположились.
Женщина оказалась равнодушной к обаянию полковника Мелтона. Она налила в чашку воды и поднесла ее к губам Маргариты без единого слова, без улыбки.
– Как долго я лежу здесь? – спросила Мэг, но женщина не ответила.
– Она говорит только по-французски, ваша светлость. Вы здесь с прошлого вечера. Как я понял, вы потеряли сознание от усталости из-за героических усилий по спасению наших раненых. Хирург сказал, что вы заслуживаете медали.
– Женщинам не дают медалей, – сказал еще один военный, входя в комнату.
Мелтон хмуро посмотрел на него.
– Это мой адъютант, неучтивый капитан Аллен.
Аллен одарил Мэг вялой улыбкой, не коснувшейся его глаз. Мундир капитана был чистым, сапоги начищены до блеска. Он выглядел свежим и аккуратным.
– Мой муж… – начала Мэг. – Темберлей… Николас Хартли. Вы его видели?
Она задавала этот вопрос так много раз, что казалось, будто умеет говорить лишь это.
Мелтон слегка нахмурился.
– Вчера на поле боя царила страшная неразбериха, ваша светлость. Почти невозможно было разглядеть кого-либо, если он не находился совсем рядом.
– Пожалуйста, – взмолилась она, желая узнать правду и собираясь с духом, чтобы услышать ее.
– Мы потеряли тысячи людей вчера, дорогая герцогиня. Я просто не знаю. На поле боя еще остаются раненые, ожидающие помощи.
Маргарита заставила себя встать, стараясь побороть тошноту и головокружение.
– Тогда я должна отправиться на поле боя.
– Ваша светлость, поле боя – не место для леди. Раненые будут доставлены в город как можно скорее. Я пошлю капитана Аллена навести справки.
– Сейчас на поле боя остались только убитые, – сказал Аллен. – Вам нужно вернуться домой, в Англию, и там ждать новостей.
– Я не могу вернуться домой, капитан. Раненым или убитым, но я должна найти своего мужа. – Она обернулась к хозяйке таверны. – У вас найдется плащ, который я могла бы одолжить?
– Дорогая леди, неужели я никак не смогу вас отговорить? – спросил полковник Мелтон. – Поле боя представляет собой ужасное зрелище.
– Нет, полковник, не сможете, – ответила Мэг.
– Тогда я пошлю с вами Аллена. Я не могу позволить, чтобы вы отправились туда одна. Сказать по правде, на поле битвы промышляют мародеры. Вам понадобится защита. Я прикажу капитану Аллену немедленно вернуть вас в Брюссель, если станет слишком опасно или вы слишком расстроитесь.
Мэг гордо выпрямилась и расправила плечи, надевая плащ.
– Я выдержу.
Аллен окинул ее презрительным взглядом. Мэг обнаружила, что на ней все то же бальное платье, теперь грязное и запятнанное кровью. Она пригладила ладонью волосы.
Полковник Мелтон улыбнулся.
– Вы прекрасно выглядите, ваша светлость. Я видел вас на балу у герцогини Ричмонд в ту ночь и собирался пригласить вас на вальс. Теперь для меня танцы закончились, и мне жаль, что я не успел. Искренне надеюсь, что вы найдете Темберлея.
Дорога между Брюсселем и Ватерлоо была забита вереницей повозок, брошенным оружием, бредущими по обочинам ранеными солдатами и гражданскими. Виднелись и мертвые – обнаженные белые тела среди деревьев. Капитан Аллен недовольно поджал губы. Он пропустил обед из-за этой дурацкой затеи. Он ждал, что герцогиня или упадет в обморок, или расплачется, или прикажет повернуть назад. Но она сидела в коляске рядом с ним, бледная, с побелевшими губами и темными кругами под глазами, вглядываясь в каждое лицо, в каждую ужасную сцену.
По его мнению, место женщин – дома, в Англии, где им следовало терпеливо ждать новостей. Что за амазонка набралась наглости и отправилась на поле сражения? Он предположил, что, если бы она вчера не марала своих рук, ухаживая за простыми ранеными, она вполне могла бы заряжать пушки, с ожесточением и обнаженной грудью.