– Вот, уже лучше, Анна. Не позволяй книге упасть. Держи спину прямо, а колени чуть-чуть согни.
Служанка сделала три нетвердых шага и рассмеялась, поймав на лету книгу, соскользнувшую с головы.
Рыжеволосая красавица тоже засмеялась. Она не замечала мужа и, судя по всему, ничуть о нем не скучала.
– Попробуй снова. Смотри на меня. – Она положила книгу на голову – волосы поблескивали золотом в свете свечей.
Ладонь Ника сжала дверную ручку. Такие ли они мягкие, какими кажутся? Он подумал, что выяснит это, когда они коснутся его обнаженной кожи в постели, и едва сдержал стон.
Ее платье тихо зашелестело, когда она грациозно пошла вперед.
Присев в реверансе перед своей служанкой, Маргарита поднялась и закружилась на месте. Книга у нее на голове даже не покачнулась.
– Мой отец утверждал, что правильная осанка – это то, что отличает истинную леди…
Она резко остановилась в вихре шелка и рыжих волос, когда ее глаза встретили его взгляд, и удивленно вскрикнула – книга соскользнула с головы. Ник шагнул вперед и подхватил книгу.
Уставился на томик в изумлении.
По яркому румянцу, окрасившему щеки жены, он понял, что она уже знает, что скрыто под переплетом. Эта книга была свадебным подарком от Себастьяна – шедевр из эротической коллекции известного осужденного на смерть изменника, имевшего склонность к подобным вещам. Вдова этого человека распродала коллекцию таким людям, как Себастьян, за баснословную сумму, сравнимую с состоянием старой герцогини.
Анна положила другую книгу на стол и присела в реверансе.
– Простите меня, ваша светлость. Я не заметила, как вы вошли. Мы слишком шумели? Неужели мы побеспокоили вас? – Она покраснела и зажала рот ладонью, внезапно сообразив, почему он здесь.
Новобрачная молча смотрела на мужа, очевидно, лишившись дара речи.
Анна еще раз присела.
– Не будете ли вы так добры немного подождать в ваших покоях. Я сообщу мистеру Партриджу, когда ее светлость будет готова… – Анна покраснела и опустила глаза.
Разрумянившаяся новобрачная выглядела перепуганной девственницей.
Джентльмен немедленно покинул бы комнату, извинившись за вторжение. Но ступни Николаса словно приросли к полу. Что-то в этой женщине и в самом деле пробуждало в нем дьявола. Возможно, ее красота. Или отвага и дерзость. А может, то, что она все же стала его женой, хотя он и не хотел жениться.
Молодой герцог выдвинул стул.
– Я подожду прямо здесь.
И леди, и служанка смотрели на него с одинаковым ужасом.
– Можете приступать, – сказал он Анне, но та застыла на месте.
Было так тихо, что он слышал, как тикают часы в соседней гостиной.
– Вы могли бы отпустить Анну, а я помогу вам снять ваше платье, герцогиня, – сказал Николас. – Я умею управляться с мелкими пуговицами не хуже любой камеристки в Лондоне.
Маргарита прищурила глаза, пытаясь определить, всерьез он это сказал или нет. В ответ на этот вызов Николас поднялся и пересек комнату. Она твердо выдержала его взгляд. А он заступил ей за спину, убрал со спины роскошные волосы – они оказались именно такими мягкими, какими выглядели, – и взялся за первую пуговицу.
Она резко рванулась вперед, прочь от него.
– Анна, ты можешь идти!
Служанка бросилась к двери.
Маргарита повернулась к мужу.
– Анна – порядочная девушка и не заслужила подобного обращения, ваша светлость, – упрекнула она его.
В ответ он бросил на нее невинный взгляд.
– Я не сказал ничего предосудительного. Просто предложил помочь вам снять платье. Я ведь ваш муж, разве не так? А вы моя жена, купленная и оплаченная. Это дает мне некоторые привилегии. Откуда вы почерпнули ваши идеи? – Он поднял фривольную синюю книгу. – Может, отсюда?
Она страшно покраснела и судорожно сглотнула, но продолжала твердо смотреть ему в глаза.
– Скажите, вы видели здесь что-нибудь, что вам понравилось? Что-нибудь возбуждающее?
Из горла Маргариты вырвался сдавленный звук – она закрыла глаза. Он швырнул книгу на кровать и направился к жене, как волк. Ее сжатые кулачки побелели. Ник подумал, не собирается ли она, чего доброго, с ним драться? Девушка вся дрожала.
– Вас учили, что происходящее в постели постыдно? А мама успела рассказать вам, что произойдет, когда я приду к вам сегодня ночью? – Тонкий запах ее духов притягивал его все ближе, как пламя мошку. – Она сказала, что я причиню вам боль, не правда ли?
Николас продолжил расстегивать пуговицы на ее платье. Когда он пробежался кончиком пальца по обнаженной коже между ее плечами, Маргарита судорожно вздохнула.