– Вы так естественно держитесь, Мэг. Вы просто созданы быть герцогиней. Завтра вы будете страшно заняты. Вас будут осаждать толпы визитеров, жаждущих познакомиться с вами, – предупредила Дельфина. – А бедный Гардинер утонет в приглашениях.
Что бы ни случилось завтра, сегодня вечером Мэг вернется домой и принесет мужу извинения за свой обман. Возможно, он и вправду лучше, чем кажется.
«Начинай, раз намерена двигаться вперед» – эти слова буквально преследовали ее.
Что ж, настало время начать все заново.
Глава 25
Ему давно следовало пойти и увидеться с Анжеликой. Но Николас не хотел заходить к любовнице. Когда он думал о плотских наслаждениях, только одна женщина занимала его мысли.
Его жена.
Пусть она обманула его, соблазнила его, набросилась на него, оскорбляла, он все равно хотел ее. И хотел так, как никогда в жизни не хотел ни одну женщину. Он не желал даже думать ни о ком другом.
Николас был добрым и благородным человеком и всегда относился к женщинам по-рыцарски. Но они никогда не затрагивали его чувств.
Почему же с Мэг все иначе? Ему следовало бы ненавидеть ее. Но она была смелой, умной, страстной и очень красивой.
Ник печально опустился в кожаное кресло, осматриваясь в клубе, глядя на других мужчин в таких же креслах, выпивающих, как и он, и наверняка избегающих своих жен.
– Я удивлен, встретив тебя здесь, Темберлей. Ведь ты только что женился.
Николас закрыл глаза, пытаясь избавиться от подошедшего, кто бы он ни был. Он не желал обсуждать факт своей женитьбы. А это, вероятно, теперь самая горячая сплетня в свете.
– Могу я присоединиться к тебе? У меня есть кое-какие новости, которые, как мне кажется, ты захочешь услышать.
Ник открыл глаза и увидел Стивена Айвза.
– Это касается рыжеволосых или моей свадьбы? – спросил Николас.
Стивен хмуро взглянул на почти пустой бокал в руке друга.
– Я видел твою очаровательную жену меньше часа назад в театре с Дельфиной Сент-Джеймс. Но я пришел поговорить с тобой о дуэли.
– А почему это должно меня интересовать, если только моя жена – или ее мамаша – не прислала мне вызов? – усмехнулся Николас.
– Один офицер попросил меня быть его секундантом сегодня утром. Какая-то глупая история из-за женщины.
– Не заключить ли нам договор, друг мой, никогда не стреляться из-за женщины?
– Согласен, – ответил Стивен, в то время как официант поставил перед ним кружку эля.
– Так какое отношение имеет эта дуэль ко мне?
– Возможно, самое прямое или вообще никакого, – ответил Стивен. – Там присутствовал доктор. Просто на случай, если его услуги потребуются. Похоже, он регулярно предлагает свои услуги на рассвете в Гайд-парке и имеет неплохой доход, заботясь о раненых и умирающих. Ему щедро платят за молчание, поскольку дуэли запрещены законом.
– Он был и на дуэли Дэвида? – спросил Николас, подаваясь вперед.
– Не знаю. – Стивен пожал плечами. – Это только зацепка, Ник. Он может что-то знать, нужно только хорошо ему заплатить.
– Как его имя? – спросил Николас. Перспектива найти свидетеля, знавшего, с кем Дэвид дрался, возможность выяснить подробности смерти брата быстро прояснили его голову, несмотря на значительное количество поглощенного алкоголя.
– Он его не назвал. И к тому же прикрывал лицо. Я кое-кого послал проследить за ним. – Стивен порылся в кармане. – Вот адрес.
Николас прочел каракули, нацарапанные на обрывке бумаги. Это был первый шаг к раскрытию тайны, окружающей случившееся с его братом.
– Огромное спасибо тебе. – Ник достал кошелек и положил на стол плату за их выпивку. Стивен подтолкнул монеты назад.
– Забери. Они понадобятся тебе, чтобы оплатить услуги доброго доктора.
Часом позже Николас постучал в дверь небольшого приземистого дома в квартале, надежно укрытом завесой респектабельности. Превосходное место для человека, имеющего тайны, поскольку его соседи, похоже, и сами не гнушались темными делишками и не задавали лишних вопросов.
Он щедро заплатил служанке, открывшей дверь, и был препровожден в холл, где и остался ждать.
Доктор появился через несколько минут. Неряшливо одетый мужчина средних лет с острым взглядом и невыразительным лицом.
– Какая неожиданность, ваша светлость, – произнес он, на ходу натягивая сюртук и одновременно пытаясь снять очки. – Проходите. Сэди, принеси портвейн.
Он открыл двери в гостиную, столь же убогую, как и он сам, обставленную старой, давно вышедшей из моды мебелью. Стопки книг служили подставками для пустых винных бокалов, бумаг и даже предметов одежды. Дохлая кошка, плававшая в большой стеклянной банке, наполненной желтой жидкостью, разглядывала Николаса с тупым удивлением. Другие подобные образцы стояли на книжных полках, занимая законное место книг.