Николас увидел, как Говард проиграл еще одну партию. Он вытер вспотевший лоб и выдавил на губах тусклую улыбку, выписывая вексель. Этот человек по уши увяз в долгах.
Ник прошел вперед. Говард, подняв взгляд, увидел, что он к нему подходит. Ник заметил страх, вспыхнувший в глазах Говарда, и чувство вины. Говард отступил назад и вскрикнул, когда Николас хлестнул его по щеке перчаткой.
– Завтра на рассвете, – тихо произнес Темберлей.
Себастьян схватил его за руку.
– Какого черта ты это делаешь, Ник? За что ты его вызвал?
– Дело чести, – ответил Николас, впившись взглядом в глаза Огастуса Говарда, который попятился, съежившись и держась дрожащей рукой за щеку. – За ложь и убийство.
Присутствующие перешептывались в удивлении. Те, у кого были векселя Говарда, окружили его. Старый пройдоха побледнел. Николас отвернулся.
– Я буду твоим секундантом, – сказал Себастьян, протискиваясь к другу.
– Договорились, – согласился Николас. – Извини меня, Себ, но у меня еще одно неотложное дело.
– Уилтон не выставляет на скачки Араба Уиклиффа? – спросил Николас Гектора на ипподроме, когда они наблюдали, как одна из лошадей лорда Уилтона проигрывает.
Лошадь сильно нервничала, была пугливой и плохо обученной. Определенно она не имела никакого отношения к породистым скакунам из конюшен Уиклиффа.
– Мне удалось выяснить, что некоторое время назад он проиграл Араба лорду Элдриджу, – сказал Гектор. Они увидели, как Уилтон расплатился за свой проигрыш пачкой векселей и слабой улыбкой. – Похоже, ему придется распродать остаток своей конюшни.
– Что вам известно о жене Уилтона? – спросил Николас, когда Уилтон направился в их сторону.
– Еще меньше, чем о его лошадях. Уилтоны проживают раздельно, – ответил Гектор. – А как насчет вашей жены, Темберлей? Вы получали известия от Мэг? Прошло уже две недели.
– В деревне ей безопаснее. Когда я разберусь с этим делом, я поеду и заберу ее домой.
Уилтон нахмурился, когда Николас заступил ему дорогу.
– Темберлей, – произнес он с самодовольным видом, будучи уверен, что Николас ничего не знает.
Он вздрогнул, когда Николас вызвал его, хлестнув перчаткой по лицу.
– Как вы смеете?! – выкрикнул он.
– Нет, Уилтон, как вы посмели? Но, полагаю, мы это выясним завтра на рассвете. Скажите вашему секунданту, чтобы он встретился с лордом Брайантом.
Глава 55
Чарлз Уилтон видел подозрение в глазах окружавших его джентльменов, провожавших взглядом удалявшегося Темберлея. Уилтон ощутил комок, внезапно подкативший к горлу, и попытался подавить охватившую его панику. Николас Темберлей был боевым офицером, метким стрелком и гораздо лучшим фехтовальщиком, чем его брат.
С большой долей вероятности можно было ожидать, что Чарлз завтра погибнет.
Если явится на дуэль.
Он вскочил в свою карету и приказал кучеру везти его домой. У Уилтона имелись поместья по всей стране. Он решил срочно покинуть Лондон и затаиться. Уилтон мысленно составил список ценностей, которые следовало взять с собой сейчас же, как можно скорее. Взбегая по ступенькам дома, он вовсю проклинал Темберлея. В течение ближайшего часа к нему заявятся кредиторы и потребуют оплатить векселя, рассчитаться с долгами. У него не было времени даже на то, чтобы продать последние драгоценности жены или произведения искусства, еще остававшиеся в доме.
Он был разорен.
А Темберлей, которого он обрисовывал как негодяя, бесчестного бездельника, в конечном счете оказался человеком чести.
Уилтон вошел в свой кабинет и налил виски. Залпом осушил бокал, налил еще. Его дворецкий, вошедший в кабинет вслед за ним, осторожно кашлянул. Уилтон раздраженно повернулся к нему.
– Что вам нужно?
Дворецкий протянул ему письмо на подносе.
– Это только что прибыло, милорд.
Уилтон взял письмо. На кремовом конверте был герб Уиклиффа. Какого дьявола хочет от него вдова графа? Тоже желает вызвать его на дуэль или тень ее мужа восстала из могилы, требуя отмщения?
Он сломал печать и прочел письмо. Потом перечитал его и улыбнулся.