— Это как? Или русский, или американец, а то какой-то коктейль получается.
— Русский, но живёт в Америке, ясно теперь?
— Теперь ясно. И что дальше? Где ты с ним познакомилась, в редакции?
— Нет. На вокзале, он меня до Калуги на машине подвёз.
— Мать, ты совсем сума сошла? Села к незнакомому человеку, а вдруг это убийца какой! Нет, совсем ничего не думаешь! А ещё меня ругаешь.
— Но я же живая, значит, и он нормальный. Он обещал помочь мои романы издать, но не здесь, а в Америке. Как думаешь, поможет?
— Не знаю.
— Вот и я не знаю. Кстати, обещал в гости прийти сегодня вечером. С тобой хотел познакомиться. Ты не подведи меня, ладно, побудь дома хотя бы сегодня.
— Так-так, мамуля, что это с тобой, а? Неужели этот американец вскружил тебе голову, посмотри-ка, глазки то сияют…
— Заметно, да?
— Очень.
— Кто это тебе понравился, а ну выкладывай! И что это у вас двери не закрыты, заходи — не хочу? — в дверях стояла Лена и оглядывала нас с большим подозрением, — только два дня не виделись, и на тебе — какие-то тайные поклонники, почему не знаю?
— О, это не ко мне, я тоже мало чего знаю. У нашей мамули появилось пристрастие, разъезжать на машинах с незнакомцами, по-моему, она решила на свою голову найти приключения.
— Цыц, ребёнок, не встревай, когда тётя Лена разбирается.
— Ладно, девочки, вы без меня разбирайтесь. Я на боковую, глаза слипаются.
— Иди-иди, я разрешаю. А ты, подруга, всё, как на духу, выкладывай, не томи.
— Уговорила. Пошли на кухню, чай будем пить, там и поболтаем.
Я рассказала всё: как встретились, познакомились, и откуда он. Только то, что переспала с ним, сказать язык не повернулся. Иначе подруга подумает, что у меня не все дома, раз отдалась первому встречному.
— И когда это американское чудо появится? Хотелось бы и мне на него посмотреть, уж больно красочно ты его описала, такие мужики только в книжках встречаются, а тут, на грешной земле, их раз-два и обчёлся. Опять твои фантазии, да?
— Нет, подруга, он реальный, даже самой не верится. И знаешь, мне плевать, поможет он мне с книгой или нет. Лишь бы пришёл.
— Да, кажется, ты всерьёз на него запала. Посмотрим, посмотрим, кто он такой. Я такого не пропущу, у меня-то ведь мозги на месте, и если что, в миг его раскушу. А вдруг он какой-нибудь вор, вынесет всё, пока тебя дома не будет.
— Лена, какой вор, да и что у меня красть? Посмотри вокруг, я что, миллионер, даже телевизора порядочного нет.
— Сама виновата, почему от помощи Толика отказываешься?
— Он и так всё для Сашки покупает, что тот только захочет. Сам пусть на ноги встаёт, ему деньги тоже нужны. Ты же знаешь, весь его капитал в деле крутится, пока развернётся. Да ещё маму кормит: пенсия-то у неё маленькая. Я пока перебьюсь.
— Вот всегда ты так, о себе совсем не думаешь. Ох, пожалуюсь твоему американцу.
— Ты что, не вздумай!
— Да ладно, шучу я, не бери в голову.
Глава 12
Если честно признаться, я не очень-то надеялась, что Сергей вновь появится в моей жизни. Подумаешь, обещал заехать, но ведь может и забыть или просто выбросить из головы маленькое дорожное приключение. Трахнул бабу и ладно, да ведь я сама не очень-то сопротивлялась. Так что обижаться не на кого. Хотя в душе теплилась малюсенькая надежда, что он не такой, как все, другой, за которым чувствуешь себя, словно за каменной стеной. Я сбегала в магазин, купила на последние деньги продукты. Набрала два огромных пакета, еле доволокла на свой этаж. Сегодня в меню у меня плов, салат «Невский», нарезанные дольками помидоры, посыпанные сыром и зеленью, копчёная колбаса и курица гриль. Так, истратила половину зарплаты; ладно, придётся у Толика занимать, он не откажет, да и до получки всего ничего, какие-то две недели. Потерпим. Гости не каждый день приходят.
— Ого! Ты что, мамуля, пир решила затеять? Сколько денег-то потратила! — Сашок проснулся, взлохмаченный и голодный.
— Я есть хочу. Мама, дай бедному дитяти что-нибудь пожевать, а то помру.
— Сейчас, подожди минутку, суп разогрею.
Я вытащила из холодильника кастрюлю и поставила на плиту.
— Так, быстро отойди от стола, и зачем колбасу ломаешь, забыл, где ножи лежат? Дай сюда, горе моё, сама тебе бутерброд сделаю.
— Ага, сыра побольше и яичницу с колбасой и помидорами.
— Суп поешь, совсем без горячего нельзя, так и гастрит недолго заработать.
— Не хочу, я вчера ел, хочу яичницу с колбасой. А супчик Джерику вылей, вон, сидит, облизывается. Что, псина, мать зажала колбасу, не даёт нам с тобой? Проси, проси. Джерик хорошо усвоил, как можно меня разжалобить, смотрит молящими глазами, не моргая, и лапой выпрашивает угощение.