— Какую силу? — прошептала она, пятясь.
— Физическую, естественно. Сейчас мы тебя свяжем, кляп в рот вставим и повезём без твоего согласия. Пока я тебя того…… стреножу, Мариша вещи соберёт.
— Эй-эй, полегче, я и укусить могу!
— Мариша! Оставь вещи, беги мне на помощь, а то покусает, прививки делать придётся. Тогда прощай Новый год!..
— Я не бешеная, у меня и справка от врача имеется. Хочешь, покажу.
— Верю на слово. Мариша, отбой. Собирай вещи, а я сам справлюсь.
Мы от Лены вызвали такси и через полчаса подъехали к Калужскому аэропорту.
— Разве от нас летают самолёты на Канары? — удивилась Лена.
— Летают-летают, наверное, — я оглянулась на Серёгу, так как понятия не имела, что полетим из Калуги. Он выставил впереди себя руку, жестом объясняя, что всё нормально. Ну, раз он так думает…. Я улыбалась про себя, предвкушая какое разочарование ждёт его, когда узнает, что в то направление, куда мы собрались, отсюда рейсов нет. А я скажу: «Говорила же, из Москвы лететь надо».
Странно, но к самолёту нас пропустили и даже без таможенного досмотра. К удивлению Лены, и загранпаспорта никто не спрашивал. Ещё больше её удивило (меня, признаться, тоже), что в самолёте, кроме нас и стюардессы, никого не было.
— И самолёт маленький, и народу нет! Что вообще происходит? Я думала, на каком нибудь Боинге полетим, а тут, почти кукурузник.
— Прости, Ленуля, что разочаровал. Это мой личный самолёт, но, если он тебя не устраивает, так и быть, в следующий раз прилечу на Боинге, — засмеялся Сергей, устраиваясь удобнее в мягком кресле.
— Твой?? — спросили мы в два голоса.
— Мой-мой! Не ослышались, со слухом у вас всё в порядке, — довольная улыбка играла на его лице.
— Да… дела!.. — такое известие и меня свалило наповал, я и не предполагала, что у Сергея свой самолёт. Чёрт возьми, да сколько же у него денег, раз может позволить себе такое? А, впрочем, что забивать себе голову. Мне-то какое дело? Вот ведь дурацкая привычка экономить. Всё боюсь лишний раз потратиться. Права мама, сто раз права, деньги для того и существуют, чтобы их использовать по назначению. Надо научиться брать пример с моей мамули. Она, после того как помолодела, совершенно изменилась не только внешне, но и внутренне. Иногда у меня возникает чувство, что дочь не я, а она. По-моему, ей вместе с внешностью и мозги передали. Уму не постижимо: обыкновенная русская баба, постоянно торчавшая у плиты, до ночи вкалывающая по дому, да ещё и имеющая взрослого внука, так перестроилась, что диву даёшься. Теперь моя мама посещает Ленин фитнес-клуб, внимательно следит за своей внешностью, одевается исключительно в дорогих бутиках, где некоторые модели — исключительно эксклюзив. Без маникюра не представляет как жила раньше, да и без педикюра тоже. Три раза в неделю массаж всего тела, столько же косметический кабинет. Маски на лицо и обёртка всего тела грязями, чтобы целюлит уменьшить. И заявляет, что скоро необходимо будет в офтальмологии пройти курс фотоомоложения. Вот так и живём. И если мы появляемся вместе, вы думаете, мужчины смотрят на меня? Ничего подобного, на маму. Нет, наверное, никогда я не пойму, почему она так резко изменила свою жизнь. А главное — Толик во всём ей потакает и солидарен, что это мне пора перестать быть старушкой в душе и помолодеть. Вот ведь как в жизни бывает! Да, конечно, никогда у меня раньше не было дорогих нарядов, вещи дешёвые, но подобраны были всегда со вкусом. Ну, висят теперь в шкафу и шубы, и дубленка, и Бог знает сколько костюмов и платьев… А куда мне их носить? Я постоянно дома, ну почти постоянно, и кроме джинсов и мягких мужских фланелевых рубашек, ничего не признаю. Только после ванны закутываюсь в длинный махровый халат, и в койку. А если Серёга дома, то и халат не требуется.
Через два с половиной часа командир экипажа по радио объявил, что начинается посадка, и следует пристегнуть ремни безопасности. Все-таки здорово иметь свой летательный аппарат. Тут тебе и диван, на котором можно с комфортом вытянуть ноги, и изысканный обед, напитки на выбор, какие хочешь. Кури спокойно, штраф никто не сдерёт. После полной остановки двигателей подали трап, и мы вышли на свежий воздух. Лена, кутаясь в норковую шубку, с удивлением заявила, оглядываясь по сторонам:
— Холод собачий, и никаких тебе пальм вокруг, снег сплошной… А я всегда считала, что на Канарах круглый год лето, да и лететь туда гораздо дольше, — мы, спускаясь за ней по трапу, скромно молчали.
— Ничего себе, Канары…. Да это же…. — Лена остановилась, как вкопанная, прочитав название города, на здании аэровокзала. Топнула ногой и повернулась к нам, гневно сверкая глазами, требуя объяснения.