Оба брата стояли в дверях, не решаясь переступить порог.
— Заходите, — братья прошли за Сергеем по длинному коридору в холл. — Присаживайтесь, в ногах правды нет, да и разговор, судя по вашему виду, будет долгим и серьёзным. Что будете пить?
— Что-нибудь покрепче, — проговорил Джон, устало, присаживаясь в кресло, — ты прости нас, Серж, мы все ополоумели.
— Да уж, было от чего. Но сейчас речь не об этом, надо думать, как в живых остаться.
Мужчины разместились в креслах, Сергей одной рукой достал из бара бокалы и бутылку виски. Вторая, сломанная, рука в гипсе и зафиксирована специальной повязкой; один глаз заплыл сине-фиолетовым кровоподтеком, голова перевязана, на лбу огромная лиловая шишка.
— Болит? — забирая бокал, поинтересовался Тими.
— Терпимо, хотя бывало и лучше, — поморщился от боли Сергей, наливая второй бокал и передавая его Джону. — Давайте подумаем вместе, зачем, а главное, кому понадобилось всех устранять. Какой в этом смысл? Ведь дураку понятно, что резоннее всего было убрать меня одного, а не уничтожать весь ваш род.
— Да мы и сами об этом думали. У нас с Тими 15 % акций, у Роберта было 5 %, у Джастина 4 %, у Греты 6 %. Ей отец свои акции передал, хотел, чтобы дочь в Совет директоров попала, — развёл руками Джон и пожал плечами.
— Остаётся ещё 15 %, но это все мелкие акционеры, — уточнил Тими.
— Да и не родственники, — подытожил Сергей. — Значит, если рассуждать логически, следующие вы, ребята. Или снова я.
— Вот-вот, и мы пришли к такому же выводу. Поэтому мы здесь. Голова кругом идёт.
— Да чёрт с ней, с головой вашей, вы о детях подумали? Ведь после вас всё им останется, а значит, им угрожает опасность.
— Боже…! — Тими побледнел и схватился за сердце. — Мои в Швейцарии, на лыжный курорт уехали. Говорил же…. Так нет, жена и слушать меня не захотела.
— А может, и к лучшему. Ты бы связался с ними, пусть подольше здесь не появляются, пока не утрясется всё.
— А мне, что тоже своих отправлять? — вставил словечко Джон.
— Братец, ты от страха совсем мыслить перестал? — взорвался Тими, — они у тебя, что — бронированные, и их кокнуть не смогут? Тебе их спрятать некуда?
— Да по мне хоть на Аляску, если понадобится. Чего разорался? — Джонни поднялся, плеснул себе в бокал виски и грозно посмотрел на брата. — Ну, надо же, вот ляпнул, негде….
— Всё, ребята, если будем ссориться, толку не будет. Тебе налить, Тими?
— Да, если не трудно.
— Тебе легко рассуждать, Серж, у тебя детей нет. Вот и голова за них не болит, а тут…. Моих двое, да у Тими трое. Если бы только нас касалось, то чёрт бы с ним, а это ведь дети….
— Может быть, может быть, — устало произнёс Сергей, думая лишь о том, что Сашка в безопасности. Как прав оказался Майкл, что наличие сына осталось в тайне. Лишь бы до России не добрались, а остальное он переживёт….. Если переживет, конечно, поправил он себя. Зазвонил телефон, и Сергей, извинившись, ответил:
— Да, слушаю. Здесь. Как это произошло? Да прекрати ты истерику, я тебя понять не могу! Всё, извини, не плачь, пожалуйста, погорячился, давай всё с начала…., - он молча слушал, больше не перебивая, с каждым словом мрачнея всё больше. Оба брата смотрели на него, затаив дыхание, каждый в душе уже не сомневался, что произошло нечто страшное. — Понял, передам, — ответил он своей секретарше и медленно положил трубку, не решаясь посмотреть в глаза братьям.