Мы все ходим как в незримых скафандрах и говорим совсем не то, что думаем. Страшимся нейролинка, что покажет, какие мы грязные и подлые твари, но этот же нейролинк покажет и то, какие алмазы у нас в душах.
Что я должен сейчас? Позвонить ей и сказать, что я тварь лживая и подлая, но всё же прошу простить меня? Я скотина, не видел, какое счастье было прямо перед моей тупой мордой? Сумеешь ли простить?
Наверное, и глазом не успею моргнуть, как окажется в моих объятиях, прильнёт трепещущим от счастья телом и скажет жарким шёпотом что-то типа: это ты прости, я позже тебя поняла, что люблю только тебя и не могу без тебя. И никогда не перестану тебя любить.
Виолетта приоткрыла дверь и, переступив порог, замерла, глядя на меня большими полными тревоги глазами.
Я сказал медленно:
– Ух ты, мой чип потихоньку начинает, начинает… Да-да, теперь вижу. Ты как, давно? Поняла, о чём я?
Она ответила тихо:
– Пять лет.
– Какое у тебя звание, а то ещё не могу прочесть.
Она ответила тихо:
– Я не кадровый работник. Всего лишь контрактник. Из-за необходимости контроля за работой как учёных, так и… остальных. Вы же видите, я ничем не навредила.
Я пробормотал:
– В этом интерфейс хорош, хорош… Сразу выявил, что ты шпион, но сразу же и оправдал. Ладно, это опустим. Никому не скажу, потом сами узнают, как только получат такие же гвозди в черепа.
Она сказала тихо:
– Мне вернуться к работе?
Я помедлил, она не шевелится, молчит, я директор и я решаю, как решал и раньше.
– Ты прочла ответ, – сказал я, – до того, как задала такой ненужный вопрос, зачем спрашиваешь?
Она ответила тихо:
– Чтобы не выходить из образа. Я нигде и никому не должна показывать, что обучена из без чипа понимать их мысли, желания, толковать позывы. Артём Артёмович, я живу не в таком благополучном районе, как вы!.. И там вижу всякое.
Я сказал виновато:
– Прости, на твои плечи легла в самом деле непосильная нагрузка. Это мы все белоручки.
– Посильная, – ответила она, – хотя и, признаю, не самая лёгкая. Но это на благо, Артём Артёмович!.. Я патриотка как страны, так и планеты, вы это видите.
– Вижу, – согласился я. – Ладно, иди, только не признавайся, что глобалистка. Вечером придёшь?
Она посмотрела огромными сияющими глазами.
– Сразу после работы! Только захвачу что-нибудь на ужин.
– Бери побольше, – посоветовал я.