Я обернулся и, глядя в серо-голубые глаза, холодно улыбнулся:
— Послушайте, мистер не-хочу-знать-как-вас-там, отпустите меня, пока я настолько любезен, чтобы не повышать голос, привлекая ненужное внимание. И можете не утруждаться, в мои планы не входит еще когда-либо переступать порог этого заведения.
Цепкие пальцы разжались, и я почувствовал себя зверем, выбравшимся из капкана. Но вместо облегчения волоски на коже встали дыбом, предупреждая, что ощущение свободы всего лишь иллюзия. Мужчина жестко усмехнулся.
— Люблю строптивых зверушек — тем приятнее их приручать. До встречи, детка.
Сохраняя на лице бесстрастное выражение, я развернулся и смешался с толпой, прокладывая путь в то единственное место, где, как я надеялся, меня ждала относительная уединенность. Вот допью ром, успокою нервы и вернусь к столику, притворившись, что все в порядке. Выкину из головы всякую чушь и расслаблюсь, получая удовольствие от вечера, и пусть только Лонг попробует мне хоть что-нибудь сказать.
Я подошел к бассейну и опустился на его край, пригубив немного рома. Вечеринка находилась в самом разгаре, но здесь было пусто. Разве только с противоположной стороны на скамье сидела какая-то парочка, но мы друг другу совершенно не мешали.
Мне оставалось всего несколько глотков, когда рядом легла тень, и следом за ней возле меня приземлилась Камилла с бокалом шампанского. Свесив ноги, она помотала босыми ступнями над водой.
— Зря ты отказал Марку. При умелом подходе он бы обеспечил тебе блестящую карьеру.
— Какому Марку? — искренне удивился я.
С каждой секундой меня все больше поражала эта женщина: сначала появляется откуда ни возьмись, затем ведет непонятную беседу, словно мы знакомы лет сто, и при этом еще раздает советы в той самоуверенной манере, которая не допускает возражений.
Отпив шампанского, Камилла снисходительно ухмыльнулась.
— Тому Марку, который подошел к тебе возле бара. Кстати, если ты не в курсе, этот клуб принадлежит ему.
Я шумно выдохнул.
— Мне все равно. Даже если бы я предпочитал мужчин, то все равно не стал бы устраивать свою карьеру через постель.
— Ну и дурак, — фыркнула Камилла.
— А Джек тоже дурак? — не удержался я от шпильки, против воли задетый ее словами.
По безупречному лицу женщины пробежала тень, а потом она едва слышно выдохнула:
— Нет, это я дура, — И почти сразу весело предложила: — Искупаемся?
— Что?
Я не успел ничего сделать, чтобы ее остановить. Мгновение и Камилла спрыгнула в воду, после чего, вынырнув, расхохоталась, глядя на мое вытянутое лицо.
— Ты простудишься, — попробовал я воззвать к ее здравому смыслу, слишком шокированной столь спонтанной и эксцентричной выходкой, чтобы по-настоящему испугаться.
— Я никогда не болею.
— Давай помогу тебе выбраться, — я протянул руку, в это же время разыскивая глазами парочку, но кроме нас двоих здесь больше никого не было.
— Спускайся.
— Нет.
— Давай, это весело. Или я останусь здесь.
Я раздумывал всего пару секунд, ровно до того момента, пока перед глазами не всплыло напряженное лицо Дензила, выражавшего открытое недовольство моим вынужденным общением с Марком. И упрек в его глазах, как если бы я один был во всем виноват. Он меня убьет, но… не я ли мечтал вывести его из себя?
Уже не имело значения — удастся ли мне выбросить его из головы. Потому что это ничего не изменило бы. От свободы меня отделяло гораздо больше, нежели один единственный шаг, пусть и выглядело иначе.
Сделав вдох и окончательно отключив все мысли, я нырнул в прохладную глубь бассейна.
Глава 13
Выбравшись из бассейна, мы пересели на скамью и теперь наблюдали, как под нами собирается вода. От сырой одежды по телу пробегала дрожь и, чтобы ее подсушить на теплом воздухе, потребовалось бы не меньше часа. Алкоголь мог помочь согреться, но за ним нужно было возвращаться в зал. И как-то объяснять свой внешний вид, например, случайным падением в бассейн. Но я прекрасно понимал, что данное происшествие имеет все шансы попасть в топ «самых дурацких историй по пьяни», которые так любят припоминать целую вечность, черпая из них вдохновение для неиссякаемых шуток. Ну, а пока мы просто делали невозмутимый вид и наблюдали за серебряными бликами на вновь застывшей воде.
Я старался не поворачиваться к Камилле, чтобы она не подумала, что я пользуюсь моментом как следует ее рассмотреть в облепившем безупречную фигуру платье, которое больше ничего не скрывало, скорее, откровенно подчеркивало.
— Тебе до сих пор весело? — нарушил я молчание, успев привыкнуть к тому, как бесконечно с волос стекает вода.
— Уже не так, как до этого, — ее голос едва заметно дрожал. — Зато будет, что вспомнить в старости.
— Я бы предложил пиджак, чтобы согреться, но он, по-моему, еще более мокрый, чем ты.
Она хрипло рассмеялась.
— Ты слишком милый.
Мне надо было срочно что-то придумать — я не мог позволить ей замерзнуть.
— Я сейчас вернусь.
Я стал подниматься, когда Камилла схватила меня за запястье.
— Подожди.
Я машинально взглянул в ее большие глаза, удивляясь прозвучавшей в голосе напряженности. Ее кожа светилась в полумраке неестественной белизной, темные потеки туши расползлись по щекам, и все вместе напоминало отличный грим на Хэллоуин. Но она все равно умудрялась выглядеть красиво.
— Что-то случилось?
— Я хочу извиниться.
— За то, что собиралась меня утопить?
Она невесело усмехнулась.
— Ты даже не представляешь, насколько прав. После всего, что я сейчас скажу, обещаю не сопротивляться, если вдруг ты захочешь отправить меня на дно.
От неприятного предчувствия у меня онемело горло.
— Кхм, не понимаю. Мы же едва знакомы. Или, может быть, мы встречались в прошлой жизни? — попробовал я пошутить, только вряд ли все было настолько просто.
— Нет, я всего лишь поспорила на тебя, — с фальшивым легкомыслием выпалила Камилла. — То есть я поспорила, что заставлю тебя переодеться. Прости.
Она свела брови и закусила губу, всем своим видом выражая раскаянье. Но после услышанного мне было трудно поверить в ее искренность.
Я покачал головой, испытывая досадное разочарование. Уловив во мне перемену, она убрала пальцы, выпуская мою руку.
— И с кем же ты поспорила?
— Со мной.
Вздрогнув, я резко обернулся на голос, уже зная, кого увижу.
В паре метров от нас стоял Дензил. Рассеянный свет холодных отблесков воды и теплые огни из зала падали на него голубыми, белыми и желтыми тенями, контрастируя с темным костюмом и непроницаемыми чертами лица, превращая в незнакомца.
Во мне все перемешалось. Я больше не понимал, каких оттенков в его палитре больше — теплых или холодных.
— Повеселился? — зачем-то спросил я, удивившись прозвучавшему в голосе равнодушию.
Хотя ответ и так был очевиден. Разве спор затевают не ради развлечения?
Вместо ответа Дензил перевел взгляд на Камиллу.
— Зачем ты ему сказала?
— А почему нет? — Она встала и дерзко двинулась ему навстречу, нисколько не смущенная обвинительной интонацией. Помедлив, Дензил снял пиджак и накинул ей на плечи. — Мой выигрыш?
Камилла протянула ладонь, и, спустя мгновение, он вложил в нее ключи от машины.
Это было жестоко. Но если с Камиллой мы познакомились всего пару часов назад и нас ничего не связывало, то поступок Дензила меня по-настоящему обидел и задел.
Развернувшись, Камилла вернулась ко мне и всунула ключи в руку.
— Я правда сожалею об этой глупой шутке. Надеюсь, мы еще встретимся. Кстати, не сбрасывай со счетов Марка — по слухам, он великолепный любовник, — подмигнув мне, она повернулась к Лонгу и громко спросила, вбивая последний гвоздь в его самообладание: — Может, поспорим, переспят они или нет?
— Камилла, замолчи, — прорычал Дензил.
— Уже ухожу, — невозмутимо отозвалась она, прежде чем скрыться за боковой дверью.