Я проводил взглядом широкую мускулистую спину с тату черных крыльев на лопатках. Выключил телевизор и откинулся назад на вытянутых руках. Потом встал и снял халат, после чего забрался под одеяло. Вместе с ним меня накрыли неловкость и волнение, и еще немного страх, но я постарался выкинуть все мысли из головы и расслабиться. В любом случае, сбегать было поздно: если Лонг не соврал, то он появится меньше, чем через минуту.
— Зря ты отказался. Здесь отличная ванная. Мы вдвоем легко бы в ней поместились.
Дензил вышел даже раньше, чем обещал — практически голый и мокрый, он был возмутительно красив. И, подобно магниту, притягивал к себе мой взгляд, провоцируя новую волну возбуждения. По его темным волосам и телу стекали капли воды, и впитывались в обмотанное вокруг бедер белое полотенце.
— И чем тебя не устраивает кровать?
Улыбнувшись, Дензил остановился на середине комнаты и, встряхнув волосами, скинул полотенце. Затем приблизился с ленивой грацией льва, который позволяет добыче как следует собой налюбоваться перед тем, как ее съесть.
— Вот этим, — наклонившись, Лонг взялся за угол одеяла и одним движением сдернул его на пол.
Я почувствовал, как загорелись скулы. И поборол глупое желание прикрыться подушкой. Удушающая стеснительность, от которой потели ладони и отнимался язык, должна была остаться в прошлом, с почестями погребенная под тоннами подростковых комплексов, изживших себя по мере взросления. Меньше всего мне хотелось ее внезапного воскрешения, поэтому я не позволил себе сдвинуться с места. Вместо этого я провокационно облизал ладонь, опустил на член и провел по нему пару раз, упиваясь пристальным вниманием со стороны Дензила.
— Если ты вдруг передумаешь, то в соседней комнате есть еще диван, и он твой. Потому что я не занимаюсь этим для зрителей, — многозначительно произнес я, намекая на историю с камерами.
— Я всегда подозревал, что за внешностью пай-мальчика скрывается вредная и злопамятная детка. Я сейчас, — посмеиваясь, Лонг исчез в гостиной и вернулся оттуда с плюшевым медведем. Под моим изумленным взглядом он расстегнул молнию на его спине и бросил на кровать смазку вместе с презервативами.
— А ты неплохо подготовился, — я приподнял брови, мысленно приветствуя возвращение нервозности.
— Я предусмотрительный, — ухмыльнувшись, Дензил залез на кровать и подполз поближе.
Его ставшие почти черными глаза гипнотизировали. Засмотревшись, я пропустил тот момент, когда Лонг ухватил меня за щиколотки и дернул к себе, нависая сверху. В его взгляде светилось торжество.
— Итак, с позициями мы разобрались и на очереди твоя подготовка. Не волнуйся, я буду нежным, — пообещал он, прежде чем начать покрывать поцелуями мои грудь и живот, постепенно спускаясь ниже.
— М-м-м, я не уверен, что у нас получится, — тихо выдохнул я, глядя в потолок и все сильнее комкая в пальцах простыню по мере того, как мягкие и теплые губы приближались к цели.
— Не волнуйся, мы просто созданы друг для друга, — хрипло прошептал Дензил, намеренно искажая смысл моих слов, потому что я, конечно же, имел в виду совершенно другое.
Но мне стало не до дискуссий, когда, наконец, влажные губы плотным кольцом сомкнулись вокруг моего изнывающего члена. И заскользили вверх-вниз, даря острое наслаждение и приближая оргазм. Я настолько погрузился в свои ощущения, что утратил связь с реальностью. И не сразу почувствовал, как что-то скользкое коснулось меня между ягодиц. Закусив губу, я шумно выдохнул, стараясь не зажиматься, когда Дензил совсем немного протолкнул палец внутрь и задвигал им в размеренном темпе, подстраиваясь под один общий ритм.
Из-за непривычного дискомфорта оргазм отступил, схлынул, словно волна, которая, жадно просеив золотистый песок, разочарованно вернулась обратно в океан. Но не ушла насовсем, поджидая попутного ветра, чтобы совершить новый бросок. Поморщившись, я сосредоточился на других потребностях, таких, например, как глубоко и ровно дышать, и игнорировать чужеродное присутствие в своем теле. Наверное, что-то заподозрив, Дензил притормозил: выпустив член изо рта, он обхватил его рукой и медленно провел ею вверх, надавливая большим пальцем на головку и сосредоточенно нащупывая средним пальцем второй руки простату.
— Тебе нужно расслабиться, — произнес он, нервно облизнув губы.
Его грудь часто вздымалась и опадала, как будто от быстрого бега. На лбу и шее выступила испарина, темные пряди растрепались и прилипли к лицу.
— Мне нужно домой, — огрызнулся я и потрясенно охнул.
— А вот и волшебная кнопка, — низко мурлыкнул Дензил, выглядя чрезвычайно довольным собой.
Мне было сложно что-либо ответить, потому что он тут же постарался закрепить дебютный успех, напоминая музыканта, который настраивает инструмент на слух. И мое тело выступало для него таким инструментом. Нетерпеливо выгибаясь, я чувствовал, как нарастает знакомая неуправляемая волна и мчится к берегу. Мышцы стянуло напряжением, а позвоночник прошило предвкушением скорой разрядки. Поэтому я не сдержал раздосадованного вздоха, когда Дензил внезапно куда-то исчез.
Плохо соображая, я провел языком по пересохшим губам и приподнялся на согнутых локтях, отыскивая его глазами стоящим на коленях возле кровати. Встретившись со мной взглядом, он продемонстрировал серебристую ленту из одинаковых квадратиков.
— Соскользнули на пол.
Я громко простонал и обессиленно рухнул на спину.
— Если ты сейчас не дашь мне кончить, я подам на тебя в суд за издевательства, — пробормотал я, с трудом ворочая языком.
— Это несправедливо. Потому что я здесь единственный, кто старается, — фыркнул Дензил с притворной обидой, возвращаясь на кровать.
Раскатав презерватив по члену, он выдавил на ладонь смазку и распределил ее по всей длине. Потом подхватил меня под колени и, подложив под спину подушку, пристроился между ногами.
— Может быть, мне лучше перевернуться на живот? — спросил я для видимости. Просто чтобы опровергнуть последнее замечание Дензила и показать — я вот тоже стараюсь, что-то предлагаю. В действительности же, как ни поворачивайся, варианта получше лично для меня не существовало. Потому что пальцы — это далеко не то же самое, что здоровый член.
— Нет, мне надо видеть твое лицо, чтобы я знал, что ты чувствуешь.
О, я и без этого готов был поделиться своими впечатлениями. Вперемешку с матом. Я прекрасно чувствовал прохладу лубриканта, особенно легкое жжение в растянутых стенках, которые кое-кто раздвигал, снова засунув в меня пальцы и двигая ими по кругу. Еще нарастающую панику и желание уползти куда-нибудь и спрятаться. Которые усиливались по мере того, как Дензил стал медленно протискиваться внутрь. Я инстинктивно сжал губы, но он покачал головой и полупопросил-полуприказал: «Дыши через рот». Из-за расширенных зрачков его глаза стали совершенно черными.
— Знаешь, я мечтал об этом практически с нашей первой встречи, — прошептал он и положил мои ноги себе на плечи, продвигаясь глубже. — Ты выглядел таким неприступным и слишком самоуверенным. Прямо напрашивался на хорошую порку. Или качественный трах.
Приоткрыв напряженные веки, я криво усмехнулся:
— Если это попытка меня отвлечь, то больше похоже на саморекламу.
Войдя полностью, Лонг шумно втянул воздух и, плотно сжав челюсти, прерывисто выдохнул. Крылья его носа затрепетали. По лицу беспрерывно скатывались капли пота и бежали ручейками вниз по шее и груди. Он выглядел так, как будто отпахал несколько изнурительных часов у Джонсона на тренировке. Поскольку его физическая подготовка намного превосходила мою, то сам я, однозначно, выглядел гораздо хуже. Скорее всего, как сплющенное насекомое на лобовом стекле.
— Ты как?
Дензил повернул голову и провел влажным языком по моей лодыжке.
— Все окей, — почти не солгал я.
Неприятные ощущения не исчезли полностью, но на них уже получалось не обращать внимания. А после того, как легкие движения превратились в сильные толчки, каждый раз задевающие нужную точку внутри, тело заполнила долгожданные сладкая дрожь. Застонав, я откинул голову назад и выгнулся.