— Я не питомец, чтобы меня дрессировать, — тихо сказал я, отодвигаясь.
— Да нет же, — горячо возразил Дензил, впиваясь пальцами мне в плечи. — Ты мне нравишься именно таким, какой ты есть! И это не обсуждается…
— Очень мило, — пробормотал я, растерявшись от такого напора.
— … даже без третьего размера груди и с раздражающей тягой к независимости, — закончил он с веселым блеском в глазах, испортив момент. И тем самым сведя всю серьезность своего признания к очередной шутке.
Нет, я не собирался вести себя также, а именно как ребенок. Все произошло почти случайно: я просто разозлился и на эмоциях толкнул Дензила в грудь. Ладно, признаюсь, мне захотелось ему отомстить и ничего лучше, чем сбросить его в бассейн, я в тот момент не придумал. Но я не ожидал положительного результата, потому что мы находились в несколько разных весовых категориях. Поэтому сам удивился, когда все получилось: пораженно распахнув глаза, Дензил беспомощно взмахнул руками и исчез под водой, подняв в воздух волну брызг.
Я злорадно усмехнулся и, сложив руки на груди, принялся ждать, когда он выплывет, совершенно не задумываясь над последствиями своего глупого поступка. Ведь с Дензила после станется отомстить мне каким-нибудь особенно изощренным способом. В конце концов, моя одежда все еще у него, как и бумажник.
— Поверить не могу, что ты это сделал! — воскликнул он обиженно, вынырнув на поверхность. Отплевываясь, он зацепился рукой за мокрый край бассейна и подтянул себя ему навстречу.
— А чего ты ожидал? — хмыкнул я и только сейчас обратил внимание, что его лицо выглядит неестественно белым. — Эй, ты в порядке? — спросил я севшим голосом, неожиданно испугавшись, что перегнул палку.
Дензил поморщился и вдруг неловко улыбнулся. Впервые на моей памяти он выглядел по-настоящему смущенным:
— Кажется, я забыл сказать, что немного не умею плавать.
— То есть совсем? — уточнил я, уже зная ответ.
Мое изумление длилось всего пару секунд: сначала его заслонил страх, от которого стало пусто в груди, а после его место заняла глыба льда. Чувство вины давило и обжигало, наполняя раскаянием.
Как там говорил Дензил пять минут назад? Вот я сейчас тоже злился, но не на него, а на себя. Боже, какой же я идиот…
Тяжелый вздох был красноречивее слов. Но я и так уже понял, что кому-то явно трудно признаваться в собственных слабостях. Если уж мне отводилась роль взрослого, то приходилось ей соответствовать.
Я наклонился вперед:
— Ладно, давай сюда руку, Мистер Совершенство. Я помогу тебе вылезти. Только с одним условием — ты поедешь к моей семье на День благодарения.
Глава 26
Я по-настоящему влюбился. Настолько, что больше не представлял свою жизнь без полов с подогревом.
После того, как я помог Дензилу выбраться из бассейна, мы предсказуемо направились в его спальню. Меня удивило, что ею оказалась та самая комната, где я до этого проснулся. Во первых потому, что здесь нигде не наблюдалось личных вещей. И, во вторых, в коридоре я насчитал по меньшей мере пять других дверей. При таких масштабах было логично предположить, что в квартире Лонга должна быть как минимум еще одна спальня. Уже потом, когда из гостиной я увидел лестницу, ведущую на второй этаж, я поперхнулся своими наивными предположениями. Одна? Серьезно?
Я сам увязался следом за Дензилом. Мне было интересно, как выглядит его святая святых. Поэтому я с любопытством оглядывался по сторонам, пока он, стоя в гардеробной, выбирал одежду. Столько костюмов, рубашек, водолазок, пуловеров, футболок, джинсов, обуви, ремней, часов и всего остального увидишь не в каждом магазине. И то моему взгляду была открыта лишь малая часть того, что пряталось за раздвижными дверьми встроенных шкафов и в выдвигаемых ящиках комодов.
— Я думал, что ты присоединишься ко мне в душе, — проникновенно выдохнул Лонг мне в ухо, подкравшись со спины и обдавая его горячим дыханием.
Я как раз только успел натянуть черную майку, которую стащил без спроса с одной из полок. Мягкая, немного прохладная ткань ощущалась на коже невесомым шелком, производя приятнейшее тактильное впечатление. Еще бы добраться до флакона с парфюмом, и счастью начинающего клептомана не будет предела.
Холодные руки пробрались под уже мою собственность и мягко накрыли живот. На контрасте с ними тело, прижавшееся сзади, излучало жар. И вызывало знакомый трепет, который как будто щекотал меня изнутри предвкушением, стекаясь в пах расплавленным воском.
— Помнится, что не так давно мы уже принимали душ вместе, — задумчиво возразил я, стараясь дышать медленнее, несмотря на заметно участившийся пульс. — Хм, от тебя совсем не пахнет хлоркой.
— Это потому что бассейн наполняется морской водой.
— Отлично. Тогда почему бы тебе просто не переодеться и не накормить меня… м-м-м, завтраком? Помнится, кое-кто мечтал это сделать, когда был у меня в гостях.
Я положил свои руки поверх его и расслабленно привалился к Дензилу спиной, наслаждаясь нашими объятиями. Просто удивительно, как я был близок к полной катастрофе всего пару часов назад. Я еще никогда не чувствовал себя настолько плохо. Наверное, подобное испытывает человек, который в одночасье всего лишился. Когда твоя жизнь разрушена, и ты пока не представляешь, как отстроить ее заново. И возможно ли это в принципе.
От неприятных воспоминаний вдоль позвоночника пробежал озноб. Я мысленно отогнал их прочь, убеждая себя, что все плохое осталось позади. И то ли от огромного облегчения, то ли от такой волнующей близости, а может, и из-за выпитого алкоголя, который все еще бродил в крови, пустого желудка или от всего вместе — у меня закружилась голова. Но по успевшей сложиться за вечер традиции, Лонг вполне успешно помогал мне бороться с силой притяжения пола.
— Я помню все, — интимно прошептал Дензил, задевая губами тонкую кожу за ухом. Согнув пальцы, он дразняще провел кончиками ногтей над резинкой моих штанов. И я невольно замер в ожидании такого приятного и многообещающего продолжения, разом позабыв про свои первоначальные планы. — Например, — лениво протянул Лонг, потираясь носом о мою шею: — … как ты спихнул меня в бассейн.
От последовавшего затем довольно ощутимого укуса в плечо я непроизвольно дернулся и, с легкостью вырвавшись из разжавшихся рук, предусмотрительно отодвинулся, чтобы уже после повернуться, возмущенно потирая пострадавшее место.
— Предупреждаю, — я красноречиво выставил указательный палец: — сам будешь объясняться с Анет за любое повреждение моего тела. Мне уже надоели ее намеки. Я просто буду сразу отправлять ее к тебе. Только предварительно попрошу подписать соглашение о неразглашении. Уверен, что она на все согласиться, лишь бы удовлетворить свое нездоровое любопытство.
Ухмыляясь, Лонг снова оказался волнующе близко. Почти незаметно, потому что было так легко потеряться в его глазах. Особенно, когда они излучали тепло и смех. В них невозможно было не смотреть.
— Ты можешь во всем на меня положиться. Я позабочусь о чистоте твоей репутации, как о своей собственной.
Прежде чем я догадался, что случится дальше, он сжал мое запястье и, поднеся руку к лицу, обхватил палец губами, погружая его во влажное тепло своего рта. Мягкий язык прошелся по коже, надавливая с внутренней стороны и вызывая вполне конкретные ассоциации. Втянув щеки, Дензил лукаво поглядывал на меня из-под полуопущенных ресниц, с таким наслаждением посасывая мой палец, словно ничего вкуснее ему в последнее время пробовать не приходилось.
— Вот это-то меня и беспокоит, — засмеялся я, отнимая у Лонга «игрушку». Из-за возбуждения голос прозвучал ожидаемо хрипло, но и без этого скрыть реакцию своего тела на чужие домогательства не представлялось возможным. — Моя репутация. Я очень сомневаюсь, что могу доверить заботу о ней человеку, чье имя хвалят и критикуют с одинаковой частотой.
— Но именно это их всех и привлекает: мои плохие качества, — Дензил приподнял одну бровь, — признайся, тебе они тоже нравятся.