То ли мы поторопились, переоценив свои силы, то ли выбрали не самое удачное место, но долгожданное проникновение поначалу вызвало такое же ощущение давящей боли и легкого жжения, как и в первый раз. Закусив от напряжения губу, Дензил перенес тяжесть на вытянутую руку, давая возможность мне к нему привыкнуть. От чрезмерного давления его пухлая нижняя губа окрасилась в темно-красный цвет, когда он, по-прежнему сдерживаясь, осторожно толкнулся вперед. Через какое-то время, когда мое тело полностью подстроилось под него, позволяя получать удовольствие, я стал сам двигаться ему навстречу.
До оргазма оставалось всего ничего, когда движение вдруг резко прекратилось.
Склонившись ниже, Дензил накрыл меня своей тенью, доставая губами до горла и, казалось, скользнул еще глубже, настолько, что у меня потемнело перед глазами, а основание живота свело сладкой судорогой. Поэтому я решил, что ослышался, когда он поинтересовался обманчиво беззаботным тоном:
— Кстати, что от тебя было нужно Марку?
Его грудь ходила ходуном, капли пота стекали по лицу и шее, темные пряди налипли на лоб. В этот момент Дензил был потрясающе красив и вместе с тем мне ужасно хотелось его убить. Никогда не замечал за собой тяги к вандализму.
— Ты серьезно?! — неверяще простонал я, откидывая голову и упираясь затылком в жесткую поверхность стола. — Ты разложил меня на кухонном столе и залил оливковым маслом только для того, чтобы поговорить о своем сводном брате? Не проще ли сходить на консультацию к психологу?
Ладно, я прекрасно понял, что дело не в Марке. А в небезызвестной мисс Адамс. Вот же мстительный гад.
Я попробовал приподняться, но Дензил ловко уложил меня обратно, нависая сверху. И вдавил свои бедра в мои. Даже в полутьме я различил на его лице белозубую улыбку.
— Ты серьезно решил, что я дам тебе уйти? — промурлыкал он. — Не кажется ли тебе, что я имею полное моральное право на подобный интерес, особенно после твоего желания узнать побольше о Синди?
— Как же я тебя ненавижу, — процедил я сквозь зубы, против воли выгибаясь, когда Дензил возобновил толчки, специально входя медленно и глубоко.
Я надавил ладонью на мускулистую грудь в слабой попытке оттолкнуть. Прямо напротив сердца. Оно билось часто-часто и совсем близко, как будто я держал его в руке.
— Ты это уже говорил, — доброжелательно напомнил Дензил, подтягивая меня поближе и фиксируя за бедра для собственного удобства.
— Отпусти…
— И это тоже. Помнишь, что я ответил?
Воспользовавшись моим замешательством, Дензил перехватил мои запястья и вытянул руки над головой. При этом его металлический кулон в форме звезды удобно приземлился мне на грудь, устроившись в ямке между ключицами. Как будто там ему самое место.
Несмотря на явные физические усилия, которые требовались для того, чтобы в одно и то же время иметь как тело, так и мозги, о чем говорили дрожь в его руках и сбившееся дыхание, Дензил умудрялся вести со мной почти непринужденную беседу. И это не могло не восхищать. Как и бесить. Безмерно.
— Я сказал: «Хорошо, но чуть позже»…
Отстранившись, он широким движением языка слизнул скользнувшую по моей шее каплю пота и пробормотал в плечо:
— Так вот, я соврал. — Подняв голову, он подмигнул: — Люди так часто врут и притворяются, но актеры — еще чаще.
Последовавший затем поцелуй был долгим и с соленым привкусом крови.
Я промолчал. Сначала все мои силы уходили на то, чтобы поддерживать бешеный темп, на который перешел Дензил, наполняя и без того далекое от тишины пространство кухни совершенно непристойными звуками тяжелого дыхания и громких стонов. А потом мне было не до споров: от прошившего тело удовольствия перехватило горло и зазвенело в голове. Ничего удивительного, что мне понадобилось время, чтобы прийти в себя.
— А как же Синди Адамс? — спросил я после того, как немного отдышался.
— Да к черту Синди Адамс! К черту всех Синди Адамс! — прорычал Дензил и, перекинув меня через плечо, звучно хлопнул по заднице, которой и без того сильно досталось. Но не настолько сильно, чтобы прикусить язык.
— Бедняжка Синди, — насмешливо хмыкнул я, не обращая внимания на то, куда мы направляемся.
Но Дензилу удалось меня удивить, когда я вдруг оказался распростертым на чем-то мягком. И это не была кровать. После более близкого знакомства со столом все мои позвонки сделались чрезвычайно чувствительными, обострив осязание до предела. Поэтому, даже не видя, я мог с уверенностью заявить, что это тот же самый диван, где позавчера сидела Элен, мать Дензила, когда он так ловко дразнил меня на пороге своей квартиры.
Как-то неудобно получалось. Она, вполне возможно, часто у него бывает. Разве я смогу смотреть ей в лицо, попивая кофе на том же месте, где меня вот-вот трахнет ее сын?
Встав на колени, Дензил навис надо мной, обдавая жаром своего тела. Ухмыльнувшись, он склонился над моим членом и вобрал его в рот.
— Мы испортим диван. Твоей маме это может не понравиться, — попробовал вразумить его я, не собираясь признаваться, что если он остановится, то я скорее всего умру.
И если я хоть немного разбирался в людях, то труп его маме наверняка понравится гораздо меньше.
Добившись от меня нужной реакции, Дензил выпрямился, приставил головку ко входу и надавил, легко проникая в уже смазанное спермой отверстие. Темные пряди волос растрепались и падали на его лоб и щеки, свисая вдоль лица, глаза лихорадочно блестели. Было не похоже, что он настроен меня слушать, тем более снова вести светскую беседу. И я опять ошибся.
— Знаешь, чего мне хочется? — внезапно спросил он, замедляясь.
Я зашелся полусмехом-полустоном и закатил глаза.
— Заговорить меня до смерти?
— Почти. Как ты относишься к тому, чтобы ко мне переехать? Ну или я к тебе? Я даже не против гостей, например, в лице Тома, твоей маленькой подружки или кого-нибудь еще, но они все должны предупреждать о своем визите заранее. Потому что у меня большие планы на наше совместное проживание. К Тому, конечно же, это не относится — пусть завидует.
Я улыбнулся.
Миссис Эштон так просто сойдет с ума от «радости».
— Ты пытаешься меня подкупить?
— Я пытаюсь дать понять, что не против детей и животных. И обожаю твои веснушки — хочу их видеть каждый день. Но мы можем обсудить это и позже, — хрипло предложил Дензил, наконец-то сдаваясь, когда я скрестил ноги у него за спиной.
— Откуда меня знает твоя ассистентка? — задал я давно мучавший меня вопрос.
Лоб Дензила прочертила складка.
— Моя ассистентка? Хм, ах да. Помнишь плюшевого медведя с карманом на спине? Я отдал его ей, сказав, что это твой подарок. По-моему, там кое-что еще оставалось. Ауч! — притворно охнул он, когда я хлопнул его по плечу. Хотя было очевидно, что на него мой удар не возымел никакого эффекта. — Ладно-ладно, скорее всего она видела твое досье. Или… — Дензил сбился, уже по-настоящему нахмурившись. — Черт, хитрая лиса! Так и знал, что она везде сует свой маленький нос. Вот же любопытная девчонка.
— Подожди. Какое досье? Ты о чем?
— Ну, я иногда рисую, — улыбнулся Дензил, ожидаемо пропустив мимо ушей мой первый вопрос. — Скорее всего она видела мою последнюю работу. Я пробовал изобразить твой портрет. Как раз в тот вечер, когда ты едва не сломал себе шею. Если бы ты знал, как сильно мне хотелось это сделать за тебя. Вместо этого я скупил клубничный джем и ел, запивая спиртным. Никогда не чувствовал себя большим извращенцем, даже когда заказывал собрать на тебя досье…
* * *
— Тай, это же круто! Такая возможность! Все равно что выиграть в лотерею и перейти на новый уровень. Почему ты мне раньше обо всем не рассказал? — взволнованно бормотал Эл, перелистывая копию контракта Марка, которую я ему показал после совместного ужина с его семьей у них дома.