Но у Вейдера было преимущество: уникальное восприятие Люка. Бесспорная… личная связь.
- Да, Мастер, - сказал он наконец. - Хотя кое-что остается незыблемым - какую-то границу еще нужно преодолеть.
Палпатин прищурил глаза в раздумье, наклоняясь вперед и медленно кивая. Однако он продолжал молчать, уставившись на своего слугу в течение долгого времени, и размышляя больше не о его словах, понял Вейдер, а о нем самом .
Вейдер сохранял спокойствие, не желая участвовать в этом дальше и уже сожалея о том, что сказал - чувствуя, что некоторым образом предал мальчика.
Раньше, до прибытия сюда его сына, он заговорил бы сейчас – не выдержав дискомфорт от пристально-пытливого взгляда Мастера. Теперь же он чувствовал себя необычно спокойным - близкое присутствие сына, его родство и способности, давали Вейдеру уверенность там, где прежде ее не было совсем - не перед его Мастером.
И как Вейдер ни пытался скрыть эти чувства, Палпатин их понял.
Он тревожно шевельнулся, поднимая щит за щитом, но знал, что уже поздно - он уже слишком много отдал тем, что смело стоял перед лицом Мастера, тем, что высказал свои мысли и тем, что вообще имел это близкое понимание своего сына.
Палпатин расслабился. Приняв какое-то решение.
- Вы преуспели в последнее время, лорд Вейдер, и я хочу вознаградить вас, - объявил Император, быстро и решительно произнося слова.
Глаза Вейдера сузились. Вознаградить? Его Мастер не вознаграждал. Что делал коварный старый ситх?
- Я реструктурирую Флот, чтобы он лучше отвечал потребностям моей Империи. Вы получите новые обязанности и полномочия, друг мой - в знак признания вашей образцовой службы.
- Да, Мастер, - беспокойно произнес Вейдер в поиске ловушки, слыша осторожные ноты в собственном глубоком голосе.
- Моя Империя и мой Флот выросли до небывалых размеров, лорд Вейдер. Я установил Декрет о разделении Флота для большей эффективности на два отдельных формирования. Одно будет называться Центральным Флотом, ответственным за все аспекты поддержания стабильности в Центральных мирах и Колониях. Второе будет называться Флотом Внешнего Кольца, контролирующим все другие территории и несущим обязанности как по дальнейшему расширению Империи, так и по ее охране от всех мятежей и подрывной деятельности. Территории Внешнего Кольца требуют сильной руки, верности и приверженности имперской политике. Ваш опыт и усердие в этих областях заработали вам право командовать Внешним Кольцом от моего имени, друг мой. Я не могу назвать никого, кому доверял бы больше, чем вам.
А, вот он - поворот ножа.
Его ссылали, понял Вейдер. Подальше от дворца и подальше от сына. Его Мастеру нужно время, чтобы полностью склонить мальчика на Темную Сторону Силы - гарантируя при этом его преданность себе. Присутствие Вейдера теперь расценивалось как осложнение и потому стало нежелательно. Территории Внешнего Кольца были громадны, и без законной причины привести флот к Центральным Системам Вейдер будет оставаться вдали в течение долгого времени. Мастерски сделано… Впрочем, от человека, поставившего на колени Республику, он и не ожидал меньшего.
Палпатин растянул тонкие губы в торжествующей улыбке:
- Вы должны немедленно отправиться в сектор Меридиана, друг мой. Вашему флоту будет приказано присоединиться к вам в ближайшие дни.
Вейдер шокировано поднял подбородок:
- Прямо сейчас?
Император молчал, пристально смотря сверху на Вейдера, жестким, горящим взглядом, в течение долгих секунд, пока тот не сдался; держащие его цепи были слишком старые и глубоко врезавшиеся, чтобы он мог сопротивляться им.
- Как пожелаете, Мастер.
Палпатин продолжил говорить, словно не было никакой заминки:
- Поступило сообщение, что большая группа мятежников скрывается в астероидном поясе Гиона. Выследите их от моего имени так, как это можете только вы, лорд Вейдер. Уничтожьте их. Это первая миссия для вашего нового флота, друг мой, и вы должны полностью посвятить себя ей. Я уверен, что вы не подведете меня.
Окончательность последних слов указала на то, что Вейдер свободен. Он низко поклонился в ответ, развернулся и пошел прочь.
Шелест голосов на его обратном пути заставил в раздражении стиснуть зубы. Слепые, властолюбивые дураки, они видели только то, что Император вознаградил верность своего избранного слуги.
Но Вейдер знал правду - эта пустая честь забирала у него сына… а также все возможности по обеспечению лояльности мальчика.
Странно, но в эту минуту, первое значило для него гораздо больше второго.