Используя Силу, Палпатин пододвинул его к центральной точке между ними и стал ждать дальше, смакуя происходящую перед ним борьбу.
Три раза пальцы его джедая дергались, почти протягиваясь к стакану, но останавливались, прежде чем сделать это. Наконец, нерешительно, зная, что им играли и зная, что он не мог больше сопротивляться, он все же протянул руку. Палпатин удовлетворенно улыбнулся.
- Но ты же понимаешь, что должен заплатить цену.
Мальчишка остановился, утомленный, осторожный. Не поднимая глаз, спросил:
- Какую? - тихий, хриплый и покорный голос.
Император не ответил, вместо этого он поднялся и медленно обошел Скайуокера, заходя ему за спину. Безмерно довольный, что джедай не возмутился и не разгневался - и даже не удивился, что Палпатин остановил его. Пленник не подверг сомнению ни факт, что должен остановиться, ни факт, что удовлетворение столь естественной человеческой потребности имело цену. Он только хотел знать ее стоимость.
Палпатин присел позади, положил руки на израненные плечи мальчишки и был вознагражден, почувствовав его напряженное тело. Склонившись, ситх прошептал:
- Встань на колени.
В такой близости, в прямом физическом контакте, Палпатин ощутил пьянящий взрыв эмоций джедая: и потрясение, и гнев, и отвращение.
Мальчишка попытался повернуться, но ситх обхватил руками его голову и вынудил вернуться к стакану.
- Смотри! Не прекращай смотреть на то, что желаешь - на то, в чем нуждаешься, чтобы выжить. То, что ты хочешь – это главное, как ты этого достигнешь – не имеет значения. Я прошу о такой мелочи. Единственное, что останавливает тебя - гордость и высокомерие. Которые…
- НЕТ! - Скайуокер вывернулся из его рук, дернувшись вперед. От слабости ему пришлось опереться всем весом на руки - выворачивая сломанное запястье и вопя от боли.
- Да уж, - глумился Палпатин, вставая и отходя от сгорбленного человека. - Это намного достойнее.
Скайуокер продолжил сидеть, сильно согнувшись, с низко повисшей головой, оперевшись одной рукой в пол и прижав другую к запыхавшейся груди.
Палпатин снова сел, черный плащ всколыхнулся волной.
- Посмотри на себя. От тебя осталась пустая оболочка. Несколько рваных воспоминаний о человеке, которым ты был. Ты - ничто.
Мальчишка не поднял головы и не отрицал слов, брошенных против него. Палпатин наклонился вперед и, будто откусывая слова, произнес с абсолютной, обвиняющей злобой:
- Ты - ничто.
- Тогда убейте меня, - голос был очень тихий, хриплый, фактически шепот.
Палпатин безжалостно засмеялся и вновь расслабился, восстанавливая самообладание.
- Я уже говорил тебе, что никогда не убью тебя. Что бы я с тобой ни сделал, я буду всегда восстанавливать тебя, постоянно, снова и снова. Ты принадлежишь мне.
- Тогда дайте мне воду.
- Ты получишь ее. Только встань на колени.
Джедай снова взглянул на стакан. Палпатин протянулся к нему Силой и слегка встряхнул - чтобы разъяснить: он запросто опрокинет его, если мальчишка решит пить без разрешения.
Люк опустил глаза, глядя на избитые руки, куда угодно, только не на стакан. И Палпатин видел, что тот был полностью потерян.
- Борьба закончена, друг мой. - Палпатин мягко коснулся ума мальчишки. – Ты же понимаешь все не хуже, чем я. Прими это, и сделай так, как я прошу.
Мальчишка медленно качал головой, но не поднимал глаз. Он был так близок сейчас - так близок к сдаче. Палпатин чувствовал его безысходность, опустошение, отчаяние. Это притягивало и опьяняло словно наркотик.
- Почему это так трудно? Это - пустяк; здесь только ты и я. Сидишь ты или стоишь на коленях - нет никакой разницы. Единственная разница в твоей голове.
«Нет! Не другое! Другое только в твоей голове», - внезапно в памяти Люка всплыл голос его старого Мастера, говорящего те же слова. Неужели он, и правда, говорил их? Казалось, это было так давно… в совершенно другой жизни. Он изо всех сил пытался вспомнить имя своего старого Мастера… но оно ушло, потерянное и забытое.
Будто читая его мысли, Палпатин спешил дальше, перейдя на великодушный тон:
- Сопротивление, которое ты чувствуешь, является пережитком старой жизни… жизни, которая теперь безвозвратно ушла. Ты уверен, что это вообще было твоим собственным, а не чьим-то сражением? Ты ведешь бои тех, кто оставил тебя бороться в одиночестве.
Мальчишка издал звук, похожий на удерживаемый стон. Усмехаясь, Палпатин подался вперед в восторженном ожидании.