- Ха! Малыш был занят, да? - спросил он охранников, смотрящих перед собой в гробовом молчании.
Последние две недели Хан провел то сходя с ума от тревоги за малыша, представляя, что с тем малышом случилось нечто непоправимое, то заверяя и воодушевляя себя мыслями о том, что все нормально – ибо Император по какой-то адской причине нуждается в Люке. Так проходили день за днем, он бродил по камере, стучал в дверь, страдал от бессонницы, лежа с открытыми глазами и прокручивая всевозможные сценарии, а к нему никто не приходил.
И когда сегодня дверь наконец открылась, он так сильно стремился увидеть Люка, что шел к нему с протянутыми в наручниках руками и ухмылялся, как идиот.
К тому же он по-прежнему мучился от беспокойства, подготавливая себя весь путь к любой возможной ситуации.
Кроме этой, конечно.
Проходя через пустой обеденный зал к запертым дверям следующей комнаты, он замедлил шаг, чтобы рассмотреть массивное повреждение в центре длинного ряда высоких окон. Отсутствовало три оконных щита, из-за проходящих ремонтных работ под сбитой штукатуркой хорошо было видно тяжелую, сложную структуру из стальных перекладин и массивных плит; транспаристил соединялся с этой конструкцией, проходя тонкими моноволокнами не только через сами стекла, но и через каркас рамы. Охранники нервно пихнули его в спину и перед тем, как открыть двери, заняли позиции по сторонам от них.
Он вошел в большую гостиную со сводчатыми потолками. Привычная гнетущая тишина безличного зала была разорвана непрерывным шумовым потоком, идущим из спальни, вместе с приглушенными звуками множества голосов.
Сидящий у окна Люк небрежно повернулся и взглянул на Соло.
Что-то изменилось - Хан сразу увидел это, хотя и не понял, что именно. Что-то в Люке… он выглядел… другим. Не только в том, как был одет - Хан уже привык к Люку в дорогой, безупречно скроенной и отлично сидящей одежде. В ботинках ручной работы, в роскошных рубашках из тончайшего шелка или льна, создающих полное впечатление состоятельного, ухоженного человека; слишком многое вокруг него соответствовало самоуверенной чрезмерности дворцовой жизни, хотел этого малыш или нет.
Волосы Люка были коротко подстрижены, очень коротко.
Но не стрижка заставляла его казаться настолько другим сегодня. Это были его движения, его глаза, осторожность охранников, ходящих вокруг на цыпочках.
И что-то подсказывало Хану, что он должен сделать то же самое.
Затем малыш встал и подошел к нему, широко улыбаясь… и снова стал Люком… просто… возможно, с некой острой гранью в манерах.
Хан автоматически раскрыл в ответ объятия. Это были те несколько секунд, когда они могли тихо обменяться краткой информацией, обнимаясь и хлопая друг друга по спинам.
- На этой неделе мы уходим. Поздно, - пробормотал Люк, и Хан тихонько кивнул, отстраняясь.
- Смотрю, ты был занят? - усмехнулся он, указывая на ближайшую комнату.
- Нет. Нисколько.
Было что-то трудно уловимое в поведении малыша – что-то неустойчивое и резкое. С близкого расстояния стало заметно, что его лицо покрыто мелкими порезами и ссадинами, и Хан нахмурился в немом вопросе.
Люк просто отвернулся в ответ - как будто не заметил - в беспокойном, напряженном движении.
- Входи. Что за сомнения, Рыжая? – проговорил вдруг он, не оборачиваясь.
Хан оглянулся и увидел стройную, подтянутую фигуру рыжеволосой в проеме спальни, собирающейся как всегда контролировать их разговоры. Но его взгляд пошел дальше, заметив туман пыли в полностью пустой спальне.
Когда двери спальни закрылись, он кивнул на сделанную в военном стиле короткую стрижку Люка:
- Похоже, кто-то добрался до тебя с садовыми ножницами?
Люк только снова отвел взгляд и с неопределенным пренебрежением ответил:
- Думаю, это единственная стрижка, которую здесь известна.
«Об этом тоже не хочет говорить.»
Хан нахмурился:
- Ты в порядке?
Голос малыша оставался полностью нейтральным:
- Да. Все хорошо.
- Кажешься немного… напряженным, - надавил Хан.
- Это не так, - весь ответ Люка.
Хан тревожно посмотрел на Джейд. Она выдержала его взгляд целую секунду, прежде чем отвести глаза - слишком долго для нее.
Голос Люка вернул Соло к нему:
- Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как ты был здесь - есть, о чем поговорить.
Хан не упустил смысла: у них было большое дело, которое нужно обсудить за короткую встречу, не упоминая ни о чем напрямую.
- Как идет жизнь на нижних уровнях? - спросил Люк.
- Хм… неплохо. Утром меня перевели из крохотной коробки девятого уровня в такую же на седьмом… ничего так вариант.