— Уже бегу…
Эпилог.
6 сентября 2020
Воскресенье
Я застываю в немом крике, приоткрыв от крайнего изумления рот, через секунду отмираю и выбегаю из ванной, чтобы в следующее мгновение лихо скатиться по лестнице, сметая всех, если придется, на своем пути. Не замечаю и пролетаю мимо поднимавшегося навстречу Игоря.
— Поедем домо… — начинает было он, однако мгновенно сбивается с мысли, заметив мое "настроение". — Алекс? — летит запоздалый взволнованный голос в спину. — Что случилось?!
Но я не слышу, оставаясь слепой, глухой и немой от шока. Выбегаю в сад и со всех ног несусь к моему любимому камню. Еле дыша взбираюсь по ступенькам вверх, спотыкаюсь и буквально падаю на колени, чуть не распластавшись по твердой горячей из-за жаркой погоды каменной поверхности. Морщусь от боли, едва поднявшись и глянув на разбитую коленку.
— Черт! — и выпустив разом весь воздух из легких, ложусь, раскинув руки в стороны. — А-а-а-а-а-а-а! — истошно ору я на весь сад, и все птицы единым слаженным механизмом взмывают с деревьев в небо.
В таких случаях лучше всего помогает крик души. Я это еще после разговора с Мишей, стоя там у обрыва, четко уяснила. Мне повторять не надо. Это как раз тот самый случай, когда требуется эмоциональный выход. Чтобы стало легче, нужно прокричать на весь мир о наболевшем. Этакий мега психоэмоциональный выброс — отличный выход из стрессовой ситуации.
Я продолжаю кричать, вопить до хрипоты в горле, закашливаюсь.
— Алекс, что стряслось? — ко мне взбирается мой не на шутку обеспокоенный муж, моя рука мигом оказывается заботливо сжатой в его широкой ладони. Я в легком ступоре приподнимаюсь и молча сажусь. Игорь знакомым жестом берет мое лицо в свои ладони и заставляет посмотреть ему в глаза. — Ты в порядке? Может, в больницу?
— Да… наверное… ты прав… нам определенно нужно в больницу, — широко округлив глаза, отрывисто и невнятно бормочу я, испуганно цепляясь пальцами о мужскую рубашку на крепком и сильном предплечье. Он рядом, а значит всё хорошо. Всё ведь хорошо, правда? Ну и пусть две, с кем не бывает?
— Алекс, девочка моя, не пугай меня, пожалуйста. Объясни всё по порядку. У тебя снова приступ, да? Тебе плохо? Голова не кружится?
— Что? — хмурюсь я, не очень-то понимая, к чему он ведет.
Приступов и психического неадекватного поведения у меня уже давно нет, я абсолютно здорова. Но да, согласна, на данный момент я мало похожа на адекватного человека. Но ведь у меня есть причина! Весомая такая причина! В двух экземплярах!
— Как ты себя чувствуешь? — участливым мягким голосом спрашивает Игорь, прижав меня к себе, и я утыкаюсь ему в грудь. А спустя время я наконец немножечко успокаиваюсь и выравниваю дыхание, отстраняюсь. Мужские пальцы нежным теплым пледом ложатся на мою щеку.
— Если скажу кое-что, обещай, что не бросишь меня, — жалостливо протягиваю я, едва слышно. Преданно заглядываю ему в глаза, а губы едва ли не дрожат от волнения.
— Любимая моя, ну что тебе опять взбрело в голову? Снова глупости несешь. Конечно, не брошу, разве может быть иначе? — и снова притягивает к себе. — Я тебя так сильно люблю, что готов и в следующей жизни по всему свету упорно искать одну лишь тебя, дуреха. Ты от меня никуда не денешься.
— Правда? — Я расчувствовалась, на глаза потихоньку наворачиваются слезы. Мы сидим с ним на камне вдвоем крепко обнявшись, и я понимаю, что нам больше никто не нужен. Ну разве что…
— Правда, — уверенно произносит любимый, и я сдаюсь:
— Игорь, я…
— Да? — мягко подталкивает на продолжение.
— Я беременна, — нерешительно заканчиваю я мысль и боязливо смотрю на выражение его лица.
Оно на бесконечно долгие две секунды застывает наподобие мраморного изваяния, и потому, не выдержав столь длительной пытки, я закрываю глаза и начинаю рыдать.
Муж незамедлительно заключает меня в тесные объятия, чтобы тут же погладить по голове, приговаривая слова утешения:
— Ну зачем? Зачем плакать? Успокойся. Это же прекрасно. У нас с тобой будет ребенок, — в голосе неприкрытая ошеломленная радость. — Поверить не могу, я стану отцом… — Он с тихим, чуть нервным смехом словно пушинку пересаживает меня на свои колени. — Девочка моя, не плачь, я с тобой. Теперь уж точно от меня никуда не денешься.
Резко перестав всхлипывать и чуть отодвинувшись от него, я смотрю на него, кулаками растирая обильные слезы по мокрым щекам.
— Ты рад?
Мое сердце сейчас выпрыгнет от счастья. Должно быть, всему виной расшалившиеся гормоны. Это они делают мою психику неустойчивой и подозрительно шаткой.