Поэтому, если бы Слава мог выбирать, как переиграть жизнь с теми же картами, он бы лучше раздвоился, чтобы один Ярослав был с Аней, а второй – с Михаилом. Он бы смог защитить его от одиночества и страданий, он был бы рядом, любил и поддерживал. А уж Гайдук придумал бы какой-нибудь способ, как им жить вместе и при этом не быть арестованными по статье 121.
Рассуждения Ярослава текли медленно, и в такт им он неторопливо поглаживал Мишу по спине. Они оба молчали уже некоторое время, комфортно устроившись на диване в объятиях друг друга.
– Я, правда, с тобой. И никуда уже не денусь, – зачем-то подтвердил слова Михаила Слава. – Я не могу себе представить, что ты пережил из-за меня. И без меня.
– И не представляй, – хрипло ответил Гайдук. – Оно того не стоит.
Голос возлюбленного заставил Ярослава заволноваться, и он неохотно отстранился. И увидел, что в глазах у Миши стояли слезы. Но старик, вместо того чтобы смахнуть их, потянулся к Ярославу и провел раскрытой ладонью по его щеке. И только тогда Слава понял, что и сам плачет.
– Прости меня, любимый, – сказал Михаил, хотя Ярослав собирался сказать то же самое. – Мне не стоило взваливать на тебя свои эмоциональные переживания, тем более такой давности. Просто вся это ситуация с коронавирусом, с изоляцией, и в целом…
– Лучше бы ты извинился, что столько лет хранил это в секрете, – проворчал Слава, смущенный выражением своих чувств. Он сел ровно на диване, откинувшись на спинку, и стал тереть глаза, чтобы унять не прекращающиеся слезы.
– Это было не твое дело, если честно, – Михаил примирительно погладил мужчину по плечу. – У тебя была своя жизнь, у меня – своя. А потом, когда мы снова стали парой, эта история осталась в далеком прошлом, и уже не имела значения или влияния на меня. По крайней мере, такого, как раньше.
– Почему ты выбрал жить в одиночестве? – серьёзно спросил Ярослав, не поворачиваясь к Мише. – Ты сказал, что у тебя были партнеры. И я не поверю, что никто из них не хотел остаться с тобой. Ты красивый, умный, заботливый, добрый и щедрый…
– Это я не хотел, чтобы кто-то оставался. Никто из них не был тобой. Они были не остроумными, не спорили со мной по поводу и без, не хотели того же, что и я, смотрели на мир совершенно иначе. Меня не тянуло ни к одному из них. Возможно, если бы я не знал, как ощущается истинное чувство, которое я испытал с тобой, то я бы смог построить с кем-то отношения. Но вряд ли они были бы продолжительными. Мы бы разбежались после первой крупной ссоры, – Михаил тихо усмехнулся. – Ну и если быть откровенным, то такой весь из себя положительный персонаж я только с тобой, потому что люблю тебя.
– Да ладно?!
– Ну не думаешь же ты, что я каждому своему любовнику на одну ночь дарил фотоаппарат последней модели? – фыркнул Миша. – Нет. Вся моя забота и щедрость доставались только одному человеку и по инерции всей его семье.
– Но почему? Почему ты не попытался? Хоть с кем-то? – продолжил настаивать Ярослав.
– Потому что на их месте я всегда представлял тебя. И с ними я всегда был, наверное, строгим, холодным и отчужденным. Так что мало кто хотел оставаться в моем Снежном королевстве, особенно когда Ледяной Король думает о другом, а не о том, кто перед ним.
– А сейчас ты пытаешься вызвать у меня ревность? – удивился Слава.
– Нет, я просто честно отвечаю на твои вопросы.
Смирнитский кивнул, сделав вид, что все понимает. Хотя он так и не смог до конца постичь причины поступков Миши. Ведь сам Ярослав так бы не смог: прожить всю жизнь в ожидании счастья, которого могло и не быть.
– Что ж, ладно, я согласен, – заявил Ярослав, развернувшись на диване в пол-оборота. – И, если ты считаешь, что для нас будет лучше еще немного побыть запертыми на этом чудесном курорте, то я подчинюсь твоему желанию. Лишь бы ты был счастлив.
– Я счастлив. И спасибо, для меня это много значит, – Миша прижался лбом ко лбу Славы. – Тогда чаю и партию в шахматы?
– Лучше в шашки! Должен же я хоть чем-то поднять себе настроение? Победа в игре вполне подойдет.
ГЛАВА 16
2020 г., весна
После введения самоизоляции наступил новый период в жизни Михаила Петровича. Он называл его «Почувствуй себя старым идиотом, который не способен обучаться чему-то новому и справляться с элементарными задачами». Или коротко – «Дистанционное обучение» в техникуме.
В этом семестре у него была всего одна дисциплина у двух курсов, но это значило, что ему все равно нужно было четыре раза в неделю проводить лекции онлайн, а также давать задания, которые будет реально выполнить и переслать по электронной почте. И если с емайлами он уже давно освоился, то говорить в камеру, по сути, общаясь с монитором вместо аудитории живых студентов, для него было в новинку. К тому же у него не было веб-камеры и хорошего микрофона.