— Ты хочешь нашу девочку, — утвердительно и тихо сказал он на ухо. И его искушающий голос проник глубоко в меня, вызывая дрожь во всём теле, — иди к ней…
Вера плавным кошачьим движением скользнула к краю кровати и поднялась на колени. Она, не отрываясь, смотрела на меня глубоким призывным взглядом. И я, почувствовав лёгкий толчок в спину, шагнул к ней как заворожённый, окончательно теряясь в тёмных колдовских глазах.
Я пропал. В её глазах. В её запахе, ворвавшемся в лёгкие. В её руках, обвивающих мою шею. В ощущениях её грудей и острых сосков, прижимающихся ко мне через ткань моей футболки. В нежности её гладкой бархатистой кожи под моими ладонями. В жарком глубоком поцелуе, который она мне дарила.
Я ворвался в её рот языком, исследуя и играя с ней, и чувствовал дрожь её тела под моими ласками. И разочарованно застонал, когда она оторвалась от меня. Ненадолго, только чтобы стянуть с меня футболку, и прильнуть снова. Прикосновение кожа к коже совсем лишили рассудка. А когда она потянулась к ширинке, я готов был продать свою душу за то, чтобы она не останавливалась.
— Смелее, — я услышал насмешливый голос Максима.
И это действительно придало мне если не смелости, то дерзости. Дерзости скользнуть пальцами между её ног. Туда, куда рвался мой изнывающий от желания член. Там она оказалась потрясающе мокрой. Мне очень хотелось думать, что от желания ко мне. Пальцы двинулись глубже, не встречая препятствий и легко скользя по смазке. Боже…
А Вера уже освободила мой член из белья, сжимала его рукой и скользила по стволу, имитируя движения. Гладила пальцем головку, задевая чувствительный кончик и заставляя стонать от удовольствия, пронизывающего позвоночник. Я чуть не кончил от понимания, что это она ласкает меня и она вся в моей власти. В нетерпении опрокинул её навзничь и навис сверху. Жадно и торопливо целовал её шею, спускаясь к груди. Грудь была небольшой, мягкой и упругой одновременно. Она так хорошо ложилась в ладонь, что не хотелось от неё отрываться. Соски затвердели крупными горошинами, которые хотелось кусать и перекатывать на языке. Её жалобные стоны от моих рук ласкали мне уши.
Мои пальцы снова проникли внутрь Веры. Один, второй. Двигались быстро. Она стонала и подавалась мне навстречу. Трахать её пальцами и делать ей явно приятное мне нравилось, но безумно хотелось войти членом.
— Хочу тебя… — под этот её стон чуть было не вошёл сразу. Меня остановил Максим, протягивая мне небольшой квадратик презерватива.
— Только с защитой…
Конечно, как же я забыл… Торопливо вскрывал фольгу. Торопливо раскатывал тонкий латекс по изнывающему в нетерпении члену. Её взгляд, затуманенный страстью и желанием, подгонял и торопил. Я приставил головку ко входу, скользнул к клитору, потом обратно. Смазывая член и ещё лаская её. Она нетерпеливо двинула бёдрами.
— Давай же… — мольба заставила меня войти в неё быстро, сразу и полностью. Она выгнулась, вцепилась в простыни.
— А-ах…
Наш стон прозвучал в унисон. В ней было восхитительно горячо и влажно. Мне казалось, что стенки влагалища затягивают глубже. Я толкнулся. Ещё. И ещё. Широко развёл её ноги, поднял их и упёрся в заднюю сторону бёдер руками.
— Да-а-а. — простонала она.
Вид, открывающийся мне, был прекрасен. Мой входящий и выходящий из неё член. Её раскрытые, налитые губы и набухшая от желания горошина клитора. Перевел взгляд выше, любуясь женщиной подо мной. Белая кожа живота с ямочкой пупка. Изгиб талии. Грудь с тёмно-розовыми ореолами точащих сосков, которая колыхалась от моих толчков и манила своей мягкостью.
Вера одной рукой сжала одну из грудей, а второй вцепилась в простынь. Всё тело её выгибалось мне навстречу, ловило своё удовольствие. Она закрыла глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Постоянно облизывала приоткрытые, чуть припухшие губы и прикусывала нижнюю губу. Потом отпускала её, когда из горла вырывался очередной, столь сладкий для меня, стон. Ей явно было хорошо: от меня, оттого что я делал, оттого как в ней двигался.
Пришло удовлетворение, что это именно я сейчас дарил ей удовольствие, и я сорвался. Вбивался в неё так, что мне казалось могу пронзить её насквозь. И остановиться уже не смог бы. Влажные шлепки, её довольные стоны, мое рычание. Пошло, вульгарно, бесстыдно. Бесподобно. О-ху-ен-но… Я был почти на грани, чувствовал нарастающее напряжение в яйцах. Как в тумане увидел чужую руку, скользнувшую по её животу и пальцем, накрывшую клитор. Максим двигался в быстрой ласке, помогая ей быстрее дойти до пика.