В конце концов, несколько дней он может поработать здесь. До конца школьного года оставалось немного. Да и то с началом летнего сезона школьники в основном «учились» в поле. С другой стороны, опять возразил он, что ему эти проблемы местного НКВД? Ему очень лечиться надо! Государство в лице медкомиссии специально его отправила в отпуск! И не в НКВД!
Колебания Сергея прекратила Маша Камаева, которая смело положила руки ему на шею и, удившись буграм мышц, полушепотом умоляюще попросила:
- Товарищ Логинов, помогите нам, пожалуйста, их поймать! Сергей Леонидович! Сделайте одолжение!
Он посмотрел вверх и, поскольку Маша буквально чуть ли не лежала на нем, то поглядел в упор, утонув в синеве девичьих глаз. Это была еще не любовь, но уже искреннее чувство. И он сдался.
Пока фронтовой цинизм мысленно похохатывал над хозяином, издеваясь над ситуацией, он твердо спросил:
- Какие служебные обязанности надо выполнять? Имейте в виду – после тяжелого ранения я официально ограничено годный. На очень многое не годный! Меня специально поставили учителем. Физически я не очень работящий.
Кругликов мгновенно ожил:
- Вот это по-нашенски, по-большевистки! Молодец, не стал париться в школе! Давай к нам, в НКВД! Назначаю тебе в временную опергруппу по поиску и уничтожению пришлой шайки бандитов. Или не бандитов, но все равно социально чуждых элементов. В состав группы на постоянной основе включаю сержанта Камаеву, благо, я вижу, уже сработались. А весь личный состав райотдела будет придаваться при взятии банды.
Потер в раздумии лоб. Предупредил:
- Только на многое не надейся. В наш отдел входят, кроме меня да сержанта Камаевой, еще три девушки, как и она, мобилизованные райкомом комсомола, и лейтенант Подшивалов, тоже тяжело раненый, только в живот и потихоньку выздоравливающий, но до того покалеченный, что на фронт уже вряд ли попадет. И еще пара инвалидов. Так что, если количественно бандитов, кажется, меньше, то уж качественно, - он махнул рукой, не продолжая мысль. Три раненых мужика да четыре девушки – весь настоящий и будущий отдел. Предупредил: - бандитов коли будешь брать, предупреди заранее, буду просить помощь у области. Там опытных работников тоже почти нет, но хотя бы вооруженную силу по мобилизации найдут. Здоровенных мужиков, а не как у нас – бабы да инвалиды.
Логинов хмыкнул неодобрительно, но возражать не стал. Такое было военное положение. Область, отдав почти всех мужчин на фронт, включая работников милиции, фактически осталась беззащитной. Даже рядовая совсем маленькая шайка бандитов (не сто же человек!) оказывалась серьезной угрозой. Конечно, был еще отдел милиции, пожарники и так далее, но ситуацию это не спасало. Оставалось надеяться лишь на гипотетическую помощь областных структур. Если они успеют помочь. В районе тоже были мужики и даже не больные и не раненые, на брони и на черт знает каком основании. Но на бандитов они не пойдут. Сами нередко ни чуть не лучше. Или не положено. Если только из центра области.
Логинов, не выдержав, хмыкнул:
- И сколько до областного центра километров? Хотя бы примерно. Похоронить хоть сумеют?
- Восемьдесят километров. Не бойся, практикой уже проверено, до райцентра часов три-четыре доедут, если авто не сломается. Если сломается, но я так накручу, что срочно-обязательно полетят, на конных повозках обязательно в тот же день будут, - Кругликов успокоительно пояснил, а в конце не выдержал и съязвил: - как не приедут. Ведь у нас такой разведчик будет работать. Шерлок Холмс и Нат Пинкертон в одном лице! На! - положил он на столе лист бумаги и чернильный карандаш, - пиши заявление на работу. Будем тебя продвигать официально.
Логинов взял предложенные карандаш и бумагу, в душе усмехнулся над Кругликовым:
Ясно-понятно. Ситуация, как мир, стара: я начальник, ты – дурак. Ты – начальник, я – дурак. Только ты особо, товарищ, не мечтай. Ведь и я не вчера с дерева спустился. На мне где сядешь там и слезешь. Фронтовая разведка!
Сергей быстрехонько написал заявление и с ехидной улыбкой протянул Кругликову на подпись. Все как положено в хорошем советском учреждении.