- Девушек я привел сюда в райцентр, Белых сдал в госпиталь. Здесь им ничего не будет и медпомощь квалифицированная, весьма грамотная. Вот опергруппа «Смерша» как в лесах развернется?
Кругликов недоуменно посмотрел на него. Взрослые люди с огромными полномочиями и хорошим отечественным оружием, что он о них беспокоится!
Логинов поморщился. Он хотел сказать, что бандиты тоже сильно вооружены и имеют помощь немецких диверсантов, а Петухов через чур зол и беспечен, когда в дверь сунулась голова дежурного:
- Товарищ начальник райотдела НКВД, только что пришла срочная телефонограмма от медиков госпиталя: опергруппа «Смерша» разбита! Петухов и еще два смершевца ранены и находятся в госпитале, остальные отошли в село с незначительными повреждениями и ранами.
На этой ошеломляющей новости, (как обухом по голове!), их разговор само собой закончился. Логинов поспешил обратно в госпиталь – разузнать от Петухова подробности, главным образом, сколько еще раненых, есть ли убитые. И что с самим Петуховым – легко ранен или серьезно? Эх, все же не надо было его отпускать одного, ведь видел же, очень стал нервный и бестолковый его ученик. Как салага на ответственном задании. То ли выполнит, то ли убьют, а вообще ну его к лешему!
Маша Камаева, разумеется, бросилась следом за своим Логиновым. При чем даже Кругликов не стал ее останавливать, понимал, что женская доля в годы войны очень тяжела и если уж нашла мужика женщина, то должна держать цепко и смело, а то другая быстро утащит. Только улыбался в тридцать два зуба и фиксы.
Логинов же грустно на него посмотрел – эх, старлей, мне бы твои проблемы, я бы тоже радовался. А тут не знаешь, то ли другом интересоваться, то ли от подруги удирать.
Но начальник райотдела стойко выдержал этот взгляд. Подумаешь, с девушкой распознался, бывает и хуже. И друг уже в госпитале, значит, выживет. Самим надо как-то жить. Плотно закрыв дверь от нежданных гостей, он снова занялся повседневной деятельностью – написанием и чтением квартальных отчетов, аналитических докладных и других бумаг, которых так много в наш бюрократический век.
И, похоже, будет больше. Зная по опыту, как это бывает, он уже выделил две папки – первую для циркуляров и указаний свыше, вторую для отчетов и сообщений снизу – от сотрудников и осведомителей. И ведь обе папки уже не пусты, хотя официально дело еще не открыто! Надо бы еще папок выписать!
А Логинов торопился в госпиталь. Он уже не пытался отбиваться от Маши, лишь следил, чтобы девушка не мешалась по пути. Совсем было некогда. Ему даже СТАло приятно, что он не один находится в этой кутерьме и может опереться на чье-то пусть и женское плечо. А образ Лизы становился уже все бледнее и менее ярок, как будто она канула в реке и в воде ее становилось все менее видно.
Однако у двери медпалаты Петухова он остановился, придержав рукой и выразительно посмотреВ на Машу. Туда девушке было точно нельзя.
- Мне надо подождать здесь? - попыталась догадаться Маша, - вы будете делиться с ним сверхсекретными делами без свидетелей! А я, как вы считаете, совсем болтушка и откровенная дура!
Выпалила разом и нарисовала таинственное лицо. Вот ведь зараза! Сергей только хохотнул в душе. Конечно, назвать это сверхсекретами нельзя. Он в любой момент готов рассказать обо всем тому же Кругликову или другому начальнику. Но и орать на крыльце о том, что делается не стоит. И уж точно не представителям женского пола. Сегодня же разболтает первому встречному.
Но главная причина была в другом. К Петухову было нельзя. И по медицинской причине, и по юридической. Слишком слаб и не здоров – опять тяжело ранен. Врачи даже следователя НКВД не пустили - опасно. А его пустили не официально, но когда узнают, что протащил еще подружку, точно убьют. Мама же и пристукнет. И плевать ей будет, что девушка еще не подружка и почти сама пролезла следом.
Так что пусть стоит здесь и не вякает, а то отправлю обратно к Кругликову. Она, как будто услышав, присмирела и уже не смотрела на дверь, как на преграду в рай, которую надо обязательно преодолеть.
- Молодец! - похвалил он Машу и в виде благодарности чмокнул ее в щеку. Девушка готовно подставила губы для завершения отношений, но Логинов уже осторожно закрыл дверь в палату. Сейчас не до любовных отношений.