- Провести разведывательный рейд для опознания различных следов с целью уточнить бандитов и, возможно, немецких диверсантов, если таковые обнаружатся.
А на недоуменный вопрос Камаевой он вообще приказал поменьше думать и рассуждать, побольше работать. И начальству с глупыми вопросами не приставать. А то оно рассердится и обозлится.
- Если их даже вполовину меньше, чем предполагается, там вдвоем делать нечего! Вы двое, причем, скорее всего, даже один, врагов будет где-то человек двадцать – двадцать пять. С ума сошел, воевать! Только простое следопытство на расстоянии и нечего более! - приказал он строго и выгнал обоих из кабинета.
На это невозмутимый Логинов только пожал плечами. Начальству виднее – оно, как ни крути, выше. И как оно одинаково – пугливо, осторожно, осмотрительно. На всякий случай – мы мол, предупреждали. А работать все равно придется подчиненным – то есть им двоим. И немного щипать врага ненароком.
Он лишь пояснил в открытую дверь, что, по последним данным, кроме бандитов в лесу обнаружены немецкие диверсанты.
На это Кругликов отметил, что данные эти непроверенные, да и то прослежен лишь один немец. И закрыл дверь.
В общем, как ни крути, а в лес идти надо. Хотя бы отметить врагу, который в последнее время существовал на уровне привидений – то ли он есть, то ли его нет. Совсем не понятно в реальности.
Камаева же ни о чем не думала. Она лишь теснее прижалась к локтю капитана и была просто счастлива. Что там строгое начальство и военное положение, Ей было нужно лишь обычное бабье счастье и мужик рядом! И что это у них есть разведывательный рейд, а у нее простая прогулка мужчины и женщины – это ерунда. И нечего тут зудеть!
Когда Логинов хотел узнать относительно «Шмайсера», ему потребовалось целых три раза переспрашивать, чтобы его пассия его поняла. Но, увы, о состоянии автомата она ничего не знала и даже конструкция его для нее оставалась тайной. Главное, что она знала – это курок и мушка, а остальное, видимо, считала, от лукавого.
Но едва Логинов попытался под этим соусом отбрыкаться от подчиненной, как Камаева вспылила и наорала на него, а потом откровенно заревела и принялась жаловаться на неблагодарного кавалера, который постоянно пытается отбрыкаться от него. Хоть бы раз поблагодарил за помощь.
Ни фига себе, - с юмором подумал Логинов, - еще женой не стала, а уже учит семейной жизни. Вот девка огонь!
Вообще-то он не собирался выгнать ее от себя в лес. Так, проверка реакции. И ответ Маши его откровенно насмешил.
В семье родителей Логинова (а, значит, и его) безусловный главой семьи была Елизавета Степановна. То есть, конечно, как бы командовал во всем громкий и решительный отец. Посторонние женщины даже пугались мужа и жалели жену.
Всем окружающим еще на Смоленщине казалось, что в семье сугубый патриархат. Никто и не подозревал, что по наиболее важным вопросам хозяйства и семьи отец обязательно советовался с женой. И именно слово Елизаветы Степановны в конечном итоге оказывалось последним. А потом оно озвучивалось мужем.
А вообще была добрая, счастливая и дружная семья и поэтому Сергей, как само собой разумеющееся, считал, что ее будущая жена (по-видимому, Маша) будет в семье главной. Ведь ему будет некогда на работе!
С треском, визгом, с постоянными криками и смущенной улыбкой эта красавица вошла в его жизнь, постепенно вытеснив белокурую Лизу. Или, - как он все больше считал, - красивый, но бесплотный образ Лизы. За последнее время он уже и не видел себя без Маши. А потому, рассудив еще немного и, в конце концов, самолично вычистив немецкий автомат, он уже не говорил об одиночном рейде. В лесу, да еще с бандитами, всяко вдвоем будет лучше, чем одному. Он так сказал, и это слово будет последним, мужским!
Глава 10
Прошло три дня. В жизни не все так просто, как это иной раз кажется. Гораздо проще и обязательно взаимосвязано. Вот и Сергей, отступив однажды девушке, с лихвой перехватил у нее в другом. Под угрозой прогнать из своей команды, он заставил просмотреть под своим руководством оружие (опять «Шмайсер», «ТТ», взять и поточить нож). затем сменить одежду – вместо обмундирования сержанта НКВД, одеть маскхалат Лехи Петухова, и между делом ушить его, снабдить карманы маскхалата боеприпасами и пищевым НЗ, попрыгать в нем, не допуская, чтобы они болтались и, тем более, не гремели, не шумели и т.д.