Напоровшись нечаянно на Логинова, она прилипла к нему пиявкой. Нет, непосредственно к Сергею она уже не приставала. И охладела, и понимала, что к влюбленной парочке Логинов–Камаева третью никак не прикрепишь. Но чего с лени и со скукой не сделаешь!
Логинов, в отличие от неудачной подружкой Белых, был очень занят и ему было очень некогда. Он едва было чуть не послал ее к матушке (к своей матушке, а не матерной – он еще не совершенный дурак), как ему пришла счастливая мысль. Тут выздоравливающей девушке нечего делать, а там в палате лежит раненый, тоже почти выздоравливающий, хотя еще пока и не совсем. Но кризис у него, как говорила мама, явно прошел. И он не знает, чем заняться. Вот и надо познакомить двух этих не знающих, что делать, а попросту ленивых субъекта!
Теперь уже он пристал к ней и потребовал зайти с ним к фронтовому другу, лежащему здесь в палате. Разбавить, так сказать, мужскую кампанию.
Девушка отнекивалась недолго, хотя и память о нем была не очень хорошая. Это ведь ее подчиненные ее ранили и она мучалась больной раной несколько недель. И вместе с Логиновым пришла к бывшему командиру опергруппы. Капитану лишь надо было их познакомить и укрепить дружбу, направляя разговор различными междометиями типа «Угу», «Ага», «Точно» и так далее.
Лешка Петухов уже выполз из очередного тяжелого ранения и совсем не походил на того умирающего, которого Логинов видел месяца назад. Хотя он все еще был прикован к своей постели, но в ней чувствовал себя вполне уверенно.
Логинов прекрасно понимал, что если текущая операция затянется хотя бы на месяц, Алексей станет настоятельно приставать к нему на предмет привязки старлея «Смерша» к боевым и розыскным действиям. Тогда Лиля будет дополнительной причиной его отказа.
Но, честно говоря, Логинов считал, что операция пройдет только несколько дней. Вряд ли Воейков застрянет на больший срок. Да и батальон НКВД им не дадут на большее время. Просто скажут – операцию закрыть, концы обрубить, найденных врагов арестовать или уничтожить.
Послушав болтовню парочки и удостоверившись, что со здоровьем у обоих хорошо, а третий уже явно лишний, он незаметно вышел из палаты. Мавр сделал свой дело!
А Алексей Петухов и Лиля Белых, занятые воспоминаниями о своем детстве (оно было у них очень разным, что вело к очень оживленному разговору), кажется, даже не заметили его ухода.
Логинов ухмыльнулся. Видимо, он помог вырасти еще одной парочке. Совет, как говорится, да любовь. Такими темпами они еще и их с Машей Камаевой обгонят!
Он только покачал головой и приказал себе не завидовать и мандражировать. Сейчас голова очень даже должна была занята раздумьями о планах и действиях операции по ликвидации или, есть еще такой термин, нейтрализации немецких диверсантов. С тем и уехал на объект вместе с адъютантом генерала.
Шофер ведомственной полуторки, зная о его текущей должности, предложил ехать в кабине.
Но Логинов отказался. Видел он эти кабины отечественных автомобилей. Почета в них, действительно, много, а удобств никаких. Даже наоборот, куда хуже.
Так что, отказавшись от предложения, он, при помощи того же шофера и адъютанта, загрузился в кузов и лег на копну специально набранного сена – мягко и удобно, и ухабов не чувствуется.
Поговорили с адъютантом тоже капитаном Сашей (просто Саша, больше не надо – как он сам представился) и незаметно задремал. Дорога, конечно, не ахти, но ехать, в любом случае, не идти пешком – уснешь.
Разбудил его истошный рев пикирующего Ю-87. Еще толком не проснувшись, он стал по-привычке искать на небе самолет. А там по обстановке, но, скорее всего, с машины придется долой и, как можно дольше, если хочешь жить дольше. Авиация врага, как правило, транспорт на фронтовых дорогах уничтожала в первую очередь.
Потом пришел в себя. Какая авиация, какие пикировщики Ю-87, он в далеком тылу! Скосил глаза на спокойно лежащего рядом капитана Сашу, спросил, что тут так заорало?
- Тоже проняло? - засмеялся адъютант, пояснил: - корова на реке истошно замычала, как сирена на Ю-87. Видать надоело без быка, вот и орет, как пикировщик.