- А я вкусняшку купила. – надувая губки и заходя в его комнату, сказала я.
- Тогда я рад тебя видеть! – улыбнулся папа. На его похудевших щеках появились ямочки, и я внезапно вспомнила его до болезни…
Папа часто тогда улыбался, несмотря на то, что мама оставила нас одних. Я никогда не видела его унывающим, со мной он всегда искрился позитивом. Его излюбленной фразой было: «Мы через все прорвемся». Когда он заболел, я не верила в случившееся. Внезапно папа осунулся, ушел в себя и стал реже улыбаться. Нет, рядом со мной он старался держаться изо всех сил, но потускневшие глаза выдавали отца.
- Вот!
Я достала из сумки булочки, которые папа любил, он усмехнулся:
- Тогда я пойду, поставлю чай.
- Давай, давай.
После мы за обе щеки уплетали булки и, не желая портить удовольствие пустыми разговорами, молчали. Господи, почему я так мало купила булочек? Если бы их было больше, то мирная обстановка царила на много дольше…
- Ну, милая, как у тебя на личном фронте? - дожёвывая, спросил папа.
Я подавилась и посмотрела на папу, он был более чем серьезен, я еще раз подавилась, а потом, откашлявшись, сказала:
- Пап, какая личная жизнь? Кому я нужна? – я засмеялась, но папа даже не улыбнулся.
- Рада, тебе нужно поднимать самооценку, тогда…
- Стоп! – подняла я руки в защитном жесте. – Стоп, стоп, стоп! Пап, давай я сделаю вид, что ты у меня ничего не спрашивал и продолжу спокойно есть, ок? – он лишь хмыкнул и отодвинул от себя чай. – Я в комнате, если что, ищи там, – и ушел, оставив меня одну.
Я засунула последний кусок булки в рот, дожевала ее, а потом разочарованно кинула голову на руки и издала протяжный вздох.
Глава 3
Сегодня к месту встречи я шла не торопясь, зная, что мой ученик опоздает. Поэтом не описать словами шок, который я испытала, когда увидела Лешу, дожидающегося моего появления. Я даже на месте как вкопанная остановилась, а потом медленно посмотрела на наручные часы. Ровно четыре. Взяв себя в руки, я перевела свои округлившиеся глаза на парня и направилась ему на встречу.
- Привет! – крикнул он на всю улицу и направился ко мне. Я съежилась – на меня снова посмотрел куча народа, и все из-за этого шута.
- Ты так любишь привлекать к себе внимание? – произнесла без приветствия.
Парень удивленно поднял бровь, посмотрел по сторонам, после чего вновь уставился на меня.
- А ты слишком сильно любишь быть незаметной, – произнес он. Я опешила и сразу замолчала.
Занятие прошло на много продуктивнее прошлого раза, Леша, словно с новыми силами пришел и пытался выложиться на всю. Было отчетливо видно, кому нужнее наши занятия мне или ему.
- Ты куда-нибудь торопишься? – спросил парень в конце занятия.
- Да, – ответила я, не отрывая взгляд от сумки, в которую складывала свои учебники.
- Куда, если не секрет? – Леша развалился на стуле и сверлил меня глазами, я все так же не смотрела на него. – Может быть, хватит в ней рыться?
Я подняла на него глаза и состроила недовольное лицо.
- На работу.
- Мне нужно искупить свою вину, давай я подброшу тебя, – он начал подниматься, но я взмахом руки остановила его.
- Нет, не стоит. Думаю, у тебя много дел, а мне не далеко, сама доберусь, – парень недовольно сложил руки на груди.
- Я хочу искупить свою вину, – Боже, какой он упертый.
- Ладно, пошли.
До его машины мы шли в полном молчании. Если честно, я ожидала многого, но то, что Леша водит BMW, привело меня еще в один шок. Да он, похоже, один из кучки «золотой» молодежи нашего универа.
Снова проявив свою галантность, парень открыл мне дверь, я же, как невоспитанная дама, просто плюхнулась на переднее сидение и, схватившись за ручку, буквально выдернула дверь из рук обалдевшего Алексея. Да, плохо я реагирую на вежливость людей. Пожав плечами, парень обошел машину и сел за руль.
- Ну и где ты работаешь? – выруливая, поинтересовался он.
- В книжном, – ответила я и отвернулась к окну, всем видом пытаясь показать, что не хочу продолжать разговор. Не нравится мне его общительность.
- И давно ты там работаешь? – не понял намека Леша.
- Почти два года.
- Ого, – не видя его, я услышала, что он усмехается. – И как ты все успеваешь?
- Как-то.
- Я вот нигде не работаю. Только иногда в боях учувствую, за которые потом, если победишь, платят, – я втянула воздух через зубы.
- Молодец.
- Ты не хочешь со мной разговаривать? – удивился Леша, я промолчала. А ты, оказывается догадливый!
Нет, все-таки не могу я в лицо сказать человеку, чтобы он заткнулся.