— Эй, морская нимфа, можно с вами познакомиться? — встал перед девушкой, загородив путь.
Люция остановилась, лицо её сияло счастьем и благодарностью.
— Я счастлива, Селим! Мне так хорошо, ты не можешь даже представить насколько! Спасибо тебе, что позвал меня в гости.
Вновь обернувшись к морю, добавила:
— Хотелось бы каждый день так завершать.
— Это ты так говоришь, потому что тебе все в новинку. Я, кстати, сам уже несколько лет не приходил сюда вечером, вот так проводить уходящий день.
Тут он поймал себя на мысли, что ни разу за все двадцать семь лет не бывал с девушкой или даже девочкой в детстве.
— И поверь никогда с женским полом.
Люция резко повернулась, услышав столь личное признание.
— Что?! Ты ни разу не провожал закат с подругою?
Его откровенность бальзамом пролилась на её сердце, но она не позволила чувству выдать себя. Потом небрежно бросила:
— Не верю.
— Не верь, но это так, да и не было у меня девушек-то.
Люция хотела сказать, что охотно сыграет роль первой девушки, но осеклась, боясь забежать вперёд событий и ошибиться в ситуации. Улыбнувшись, протянула:
— Значит и у тебя багряный закат у моря впервые?
Он лишь кивнул головой в ответ, чуть прикусив губу при этом. Этот жест отозвался легким трепетом в её груди, и она поспешила отвлечься, сменив тему разговора.
— А маяк отсюда виден?
Селим стоял рядом, вглядываясь в темнеющую даль морской глади.
— Вон там, за теми скалами он и стоит, но хорошо бы его рассмотреть с их вершин или днём. Этот маяк береговой и расположен на прибрежных островах. Огни подсвечивают его так, что никак не должны приняты за случайные или костёр издали. Он, кстати имеет туманную сигнализацию. Бывает вертикальное и горизонтальное излучение света. У этого горизонтальный, свет его концентрируется и излучается по разным направлениям, чтобы освещать всю линию горизонта и с далекого расстояния.
— Ты говоришь как мореплаватель! — заслушалась Люция. — Может ты был пиратом, а?
Селим лишь рассмеялся в ответ, взглянул на каменные глыбы, до которых было идти метров 300, оценивая возможности их преодоления, но откинул эту безумную мысль.
— Мальчишками мы взбирались на них и наблюдали за проходящими кораблями. Давай как-нибудь совершим поход на вершину скал, сейчас ты по любому не сможешь, — выразительно посмотрев на её босые ноги, увязшие в мокром песке. — Да и время неподходящее, солнце зайдёт, и мы друг друга видеть уже не будем, не то, чтобы разглядеть что-то под ногами.
— А было бы романтично.
— Не спорю, — хмыкнул он в ответ, наблюдая за её мечтательным взглядом. Хотелось узнать, о чём она в эту минуту думает, ему пришла мысль и он её произнёс вслух:
— Искупаться не хочешь?
Сам он не любитель плавания, но знал, что девушка очень любила всяческие водные процедуры.
— Сейчас?! — спутница округлила глаза от подобного предложения.
Селим понял, что сглупил, неожиданно представив, как она начнет снимать платье и предстанет в нижнем белье, тут сразу взыграло воображение, а какое оно: в тон платью? Классическое белое? Завораживающее чёрное? Кружевное, хлопковое? А если без него, что вообще немыслимо! И пусть вокруг сумерки, его фантазии дополнят образ. Тогда он точно не сможет глаз сомкнуть ночью. Тут Селим вспомнил, как долго у него не было женщины и возбуждение могло стать не контролируемым, а он слишком её ценил и уважал, чтобы так откровенно вожделеть. Да приезд Люции может оказаться гораздо мучительнее, чем казалось в начале и осложнить его дальнейшую жизнь. Он загнал себя в ловушку, выражение глаз выдавало все тайные мысли. Сбросив наваждение, принял непринуждённую позу, вновь стал провоцировать, зная, что она не уступит.
— Сейчас или когда звёзды будут на небе и я не смогу тебя видеть.
Она точно просекла его состояние и решила подыграть.
— Если ты полезешь в море, то и я искупаюсь. Одна боюсь, вдруг меня чудище морское утащит, а тебя не будет рядом, чтобы спасти, — и картинно приложила ладони к груди.
Селим хотел уже рассмеяться над её глупыми страхами, но поняв, что она серьёзна, осекся. И теперь уже Люция рисовала живописные сцены: одна мысль предстать перед ним полуобнажённой наполняла наслаждением, точнее его реакцией на её эпатаж. Но начинать первый день приезда с подобных выходок, пожалуй, опрометчиво и бесстыдно. Это можно отложить на более поздний срок и посмаковать.