Тата-Коа был такого рода колдуном, и белый человек, начавший забирать в свои руки власть над областью, где он дотоле господствовал, натыкается на какую-то глухую оппозицию: голый, старый, дикий Тата-Коа — знал кое-что и был себе на уме.
От предков колдун унаследовал сведения, известные только колдунам; он знал, как погода влияет на урожай, и, следя за нею, умел предсказывать урожай или недород, ему были известны целебные свойства некоторых трав, смертоносное действие желчи особого вида рыб, он умел погубить человека, тайком, примешав ему в пищу или питье еле видимые простым глазом стружки бамбука. К этим и подобным им средствам колдуны прибегали, когда не могли добиться своего мирным путем. Понятно, какой трепет должны внушать ловкие фокусники колдуны простодушным, наивным дикарям.
В былые дни колдуну Тата-Коа достаточно было сказать человеку, что он умрет, и человек верил этому, сказать, что будет жив — и человек не сомневался в этом. Если смерть не наступала вскоре после его предсказания — колдун прибегал к помощи яда, искусно подмешенного в еду или питье.
Свои познания и специальное уменье колдун расширял путем заимствований у своих товарищей по профессии.
Туземец Новой-Гвинеи заботливо прячет все свои вещи, вплоть до обглоданных костей и шелухи бетеля, боясь, чтобы они не попали в руки колдуна, который через них может повредить ему своим пури-пури.
Старый колдун был ко всему этому еще и ловким актером. Его заклинания, загадочные приемы, его таинственные исчезновения и появления составили ему громкую репутацию. Он умел всякую беду и всякую удачу, постигавшую людей его области, приписать собственной своей силе и влиянию.
Один ловкий комиссар сумел, однако, лишить старого Тата-Коа его престижа. Он пригласил туземцев в определенный день в одно из окрестных селений, обещая показать, как силен белый человек по части пури-пури.
В указанный день туземцы собрались в огромном количестве и расположились вокруг белого чародея. В первых рядах восседал и Тата-Коа. Все с напряженным вниманием следили за действиями комиссара.
Комиссар положил на камень кучку пороха; в глазах туземцев это были просто комочки засохшей грязи. Затем он обратился с заклинаниями к солнцу, чтобы оно помогло ему, и затем, при помощи увеличительного стекла, навел солнечные лучи на порох. Последовал взрыв с выделением огня и дыма, что несказуемо поразило дикарей, которые в страхе разбежались в разные стороны.
Тогда комиссар проделал другой трюк. Взяв ружье, он направил его дуло на сидевшую на ветке птицу и стал призывать на нее гром и молнию. Толпа держалась в почтительном отдалении и не могла отличить ружье от палки. Раздался выстрел, из палки вылетело пламя и дым, а птица свалилась с ветки мертвая.
За этим последовал третий фокус. Белый колдун зажег жидкость, похожую на воду (на самом деле это был спирт), и заявил, что совершенно таким же образом может поджечь и море. Дикари взвыли, от ужаса, и он, сжалившись над ними, отказался от этого предприятия. Вместо этого, он показал им более безвредную вещь, а именно: раскрыв рот, полный ровных, крепких зубов, он затем провел по губам носовым платком, вынув при этом незаметно свои фальшивые челюсти; отняв затем от рта платок, он показал, что зубы у него исчезли из рта. Удивление, вызванное этим трюком, достигло своего апогея, когда зубы снова оказались во рту, и чародей торжествующе щелкнул белоснежными челюстями.
— Ну, пусть теперь Тата-Коа покажет нам свое искусство! — сказал он в заключение.
Но Тата-Коа давно уже сбежал в кусты и пропал в джунглях, где и шатался, пока тоска по родине не заставила его вернуться домой. Но престиж его, как колдуна, был навсегда потерян, и он вынужден был сменить ремесло колдуна на профессию лодочника. Потом он открыл секрет белого чародея, но имел достаточно благоразумия, чтобы хранить свое открытие в секрете.
Тата-Коа, впрочем, представляет собою исключение, и колдун все еще властвует над племенами Н.-Гвинеи. Один из таких колдунов во время своего тюремного заключения в Самараи видел там большую радио-станцию и, по своему, схватил ее идею. Вернувшись домой, он соорудил нечто подобное при помощи высоких шестов и веревок из древесных волокон. С тех пор он стал держать людей в страхе, заявив, что при помощи своего аппарата слышит все, что о нем говорят.