Анне пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не вспылить. Она мужественно терпела слащавую ухмылку Йориса Брейфогеля. Она знала, что многие женщины считали его привлекательным, и многие из них почли бы за честь получить от него такое предложение. Но Анна покачала головой. В ее памяти всплывало слишком много плохих воспоминаний, связанных с Йорисом.
— Ваш отец ошибается, — резко проговорила она. — Я вдова и не собираюсь второй раз выходить замуж. Прошу вас уяснить себе это раз и навсегда.
— А кто говорит о браке? — Йорис отвратительно ухмыльнулся. — Тебе никогда не было одиноко? Я уверен, иной раз ты вспоминала обо мне.
— Что вы себе позволяете!
Анна почувствовала, как ее щеки наливаются краской. Йорис встал вполоборота и через окно окинул взглядом двор и хозяйский дом на противоположной стороне.
«Он ждал этого момента, — подумала Анна, — он знает, что мы одни».
Йорис Брейфогель снова повернулся к ней.
— Ну, скажи-ка, было ли тебе тоскливо? Вот как сейчас, когда рядом нет никого, ни единой живой души? Тогда чувствуешь себя очень одинокой, не так ли? — Молодой Брейфогель подошел еще ближе к окну. — Можешь не говорить, что ты никогда не страдаешь от одиночества. Разве ты не мечтала о человеке, с которым можно говорить ночи напролет, Анна?
Теперь его голос стал бархатистым и заставил ее содрогнуться. И откуда ему это известно?.. Но он же не может этого знать. Он просто предположил. Не нужно рассказывать ему о том, как страстно она хочет поделиться с кем-нибудь своими переживаниями. Не с матерью, сестрой или отцом…
Вдруг Йорис резко обернулся. На его привлекательном лице сияла дружеская улыбка. Все же он по-прежнему был опасен. Анна напряглась всем телом. Когда Йорис решил подойти ближе к ней, она поспешила стать так, чтобы стол преграждал путь незваному гостю.
— Я часто спрашивал себя, что ты делаешь там, наверху, одна, по вечерам, когда я вижу свет в твоем окне. — Йорис произнес эти слова с таким выражением лица, что Анне сразу стало ясно: даже стол ее не спасет.
На этот раз ей не удалось сдержать дрожь. Йорис Брейфогель заметил это и едва заметно улыбнулся. Лучи вечернего солнца, которые падали в бюро сквозь маленькое окно, золотили его каштановые волосы. Двумя пальцами Йорис разгладил модные усы. Вся его натура говорила о том, что он знает, какое впечатление производит на женщин его поведение. Анна вновь постаралась сдержать дрожь и попыталась презрительно ухмыльнуться.
В тот вечер Йорис Брейфогель появился в ее бюро совершенно неожиданно. Она еще сидела за документами. В этой части дома, кроме нее, никого не было.
«Что ему нужно от меня?» — подумала Анна. Ее охватили недобрые предчувствия. Она скрестила руки на груди, но, вместо того чтобы подойти к ней, Йорис осмотрелся.
— Унылая обстановка, — произнес он, — ни картин, ни украшений, даже цветов нет. Что скажете, сеньора Вайнбреннер? Куда подевалось чувство прекрасного, присущее каждой даме? Как же вы сможете обустроить уютный дом для своего мужа?
Анна захлопнула книгу и сложила в стопку бумаги, которые изучала. Йорис Брейфогель не должен увидеть ни одного письма, даже если он и хотел всем своим видом показать, что его внимание сосредоточено исключительно на ней. Все-таки его послал его отец. Никогда ничего нельзя знать наверняка.
— Люди здесь работают, сеньор Брейфогель, — резко произнесла Анна, — и я бы сейчас охотно продолжила это занятие.
Йорис виновато пожал плечами.
— Я тут не по своей воле, сеньора. — Он снова улыбнулся. — Как я уже говорил, мой отец дал поручение заботиться о вас. — Брейфогель воздел руки к небу. — И кто я такой, чтобы ослушаться отца?
— А я уже говорила, что не нуждаюсь в вашей помощи. Я еще раз прошу вас уйти, иначе…
— Иначе что? — Молодой Брейфогель подошел к столу и оперся на него. — Мы здесь одни. Ты знаешь это, маленькая Анна, и я тоже это знаю.
Он еще немного наклонился вперед, так что Анна непроизвольно отпрянула.
— Будешь кричать? Кто тебя услышит, кто тебе поверит? Я — красивый мужчина. Ты — одинокая женщина. Любой знает, чего хочет одинокая женщина. Мы одни…
— Ну, что касается последнего пункта, вы в корне ошибаетесь, сеньор Брейфогель.
Анна и Брейфогель не услышали, как открылась входная дверь. На пороге стоял темноволосый мужчина. В левой руке он сжимал трость с серебряным набалдашником, а правой держался за ручку двери.