— Ты же не боишься, малышка?
— Почему я должна бояться, дон Умберто?
Он видел, что она боится. Он понял это по ее глазам. Она была здесь одна. Они вдвоем были одни. Город остался далеко позади. Девушке стало немного не по себе.
— Да, тебе незачем бояться. — Умберто погладил ее по щекам. — Никого не нужно бояться.
Рано утром Умберто так крепко спал, что девушка решилась встать с постели. Хотя и было тепло, ее знобило. Тихо, стараясь не шуметь, она надела платье. Потом взглянула на спящего мужчину. Он был красив: чистый, статный. Он понравился ей, когда она заметила его в баре. Но как только девушка оказалась здесь, она поняла, что ошиблась. Ей не стоило сюда приезжать. Обычно она была осторожнее, но вчера Умберто оказался единственным приличным клиентом, а ей так нужны были деньги для ребенка. Теперь она сидела в доме много часов подряд, одна в маленькой комнате. И, конечно, боялась.
В любом случае девушка не ждала, пока Умберто проснется. Она решила вернуться в Сальту пешком. Сначала она увидит ребенка, потом встретится с подругами, с которыми договорилась в этот день — Señor de los Milagros[6], апогей осенних празднеств, — пройтись в торжественной процессии. Ей нравилось, когда потоки верующих стекались к собору и улицы заполнялись молящимися людьми. Когда из собора выносили образа святых, тоже произносились молитвы. И она станет молиться, чтобы в новом году ей повезло, чтобы она не страдала от голода.
Девушка огляделась. Постепенно ее глаза привыкли к полумраку. Комната дона Умберто была обставлена со вкусом. Девушка погладила дорогую ткань небрежно брошенного на стул пиджака и стала разглядывать два бокала с ромом. Свой он выпил до дна, в ее бокале еще блестели остатки рома. Девушка медленно провела пальцами по сукну, нащупала что-то плотное. Ловкие пальцы быстро выудили маленький кожаный мешочек. На ощупь чувствовались твердые серебряные монеты и бумажные купюры, pesos fuertes. Будет неплохо, если она немного возьмет себе. Не все, конечно, это было бы неосмотрительно. Но пара серебряных монет станет достойной оплатой.
Девушка бросила монетки в карман юбки. Она собиралась истратить целый песо на свечи в соборе.
Девушка проскользнула к двери на веранду. Это показалось ей надежнее, чем искать выход в запутанных коридорах дома. Но что сказать, если кто-нибудь встретится ей на пути? Девушка осторожно нажала на дверную ручку, та тихо скрипнула, но спящий мужчина не пошевелился.
Выйдя на веранду, девушка глубоко вздохнула. Было тепло, из сада веяло свежим цветочным ароматом. Девушка тихо сбежала вниз по ступенькам и свернула на первую же попавшуюся дорогу, которая вела прочь от дома. Она выросла в городе, но уж как-нибудь сможет отыскать обратный путь в Сальту.
Чем дальше девушка уходила от дома, тем свободнее себя чувствовала. Ее губы расплылись в улыбке. Босые ноги касались песка, земли и травы. Она вновь вспомнила о подругах, представила, как они удивятся, когда увидят деньги. Следовало придумать, что им рассказать. Девушка так погрузилась в размышления, что не заметила, как перед ней, словно из-под земли, выросла старая мельница. Ее давно не использовали, и видно было, что здание пришло в упадок. Девушка прижала руку к сердцу, стараясь успокоиться. Вдруг кто-то вышел из тени. Девушка едва не вскрикнула, но потом взяла себя в руки. Навстречу ей шагнула женщина — пожилая, хорошо одетая женщина с красивыми, точеными чертами лица.
— Кто это у нас здесь? — произнесла она заготовленную фразу.
Когда девушка поняла, что совершила ошибку, было уже поздно бежать.
Спустя несколько дней после разговора с доном Рикардо Виктория проснулась посреди ночи от беспокойного сна. Было жарко. Воздух в ее спальне был неподвижен — первый признак приближающегося лета. Было тихо. Виктория села на кровати, налила в стакан воды из графина, стоявшего на прикроватном столике. Хотя Розита только вчера вечером меняла воду в графине, та показалась Виктории застоявшейся. Уже которую ночь ей снились дурные сны, но подробностей девушка вспомнить не могла. Разговор с доном Рикардо не давал ей покоя. Ей пока что не удалось обсудить это с Педро. Через неделю он должен был отправиться с овечьими отарами в окрестности Санта-Селии, так сказала Виктории Хуанита и с понимающим видом улыбнулась.
«Тогда я не увижу его, наверное, несколько недель», — подумала Виктория. Она приподняла мокрые от пота волосы. Вдруг Виктория почувствовала кисловатый привкус во рту. Она едва успела вскочить с постели и добежать до умывальника. Спустя несколько секунд, дрожа, она стояла над умывальником. Ее рвало.