Поглядели Артур и Гиневра друг другу в глаза долгим взглядом.
Будто невзначай уронила Гиневра на землю вышитый шарф. Медленно повернулась она и пошла в замок. А Мелисене наказала:
– Смотри не проговорись никому. Должны мы сохранить в великой тайне то, что видели.
Прошел день-другой, и воцарилось в замке Камелиарде великое смятение.
Вторгся в страну со своей дружиной злобный и воинственный герцог Нортумберлендский и стал лагерем неподалеку от Камелиарда. Зычно возвестили герольды, что герцог шлет вызов королю Леодегран-су. Готов сразиться в единоборстве хоть с ним самим, хоть с любым из его рыцарей. А иначе поведет герцог свое войско на приступ.
Но стар король Леодегранс. И нет у него рыцарей, способных одолеть такого могучего воина, как герцог Нортумберлендский.
Правда, в Камелиарде гостили четыре рыцаря из дружины короля Артура. Двое из них его родные племянники – сэр Гавейн, сын Морганы, и сэр Ивейн, сын Маргазы,- уже прославил-и себя множеством
подвигов. И остальные двое – сэр Пеллиас и сэр Герайнт – тоже могли похвалиться знаменитыми победами.
– Госпожа Гиневра просила нас о помощи! – воскликнул Гавейн.- Я приму вызов герцога.
– Я тоже готов выйти на бой,- сказал свое слово Пеллиас.- Просьба девушки в беде – закон для рыцаря.
– Но мы только гости здесь,- возразил Ивейн.- Наперед следовало бы узнать волю короля Артура, не прогневается ли он на нас за то, что мы поссорим его с герцогом Нортумберлендским.
– Верность королю превыше всего, – согласился с Ивейном Герайнт.
Слово за слово – закипел спор, двое против двоих. Посыпались обидные слова.
А пока рыцари спорили, выехал из леса неизвестный воин в великолепных доспехах, украшенных золотой насечкой. К шлему привязан длинный шарф, голубой с белым. Лицо закрыто шлемом. Приблизился он к шатру герцога Нортумберлендского и громогласно объявил, что принимает вызов.
– Не знаю, достоин ли ты биться со мной,- надменно ответил герцог.- Кто ты? Открой мне свое имя. Победы свои перечисли. Не против каждого обнажу я меч.
– Я дал зарок не открывать своего имени,- отвечал неведомый рыцарь.- Но вот перстень короля Артура. Я из числа его рыцарей, и, поверь мне, не последний. Нет для тебя стыда биться со мной.
– Похваляешься? Посмотрим, каков ты в деле.
И вот начался бой на широком поле.
Смотрят воины Нортумберленда, смотрят с крепостных стен защитники Камелиарда.
Прильнув к узкой бойнице, глядит Гиневра. Сильно забилось ее сердце, когда узнала она свой шарф на шлеме неведомого рыцаря.
У герцога на щите синий лев и девиз: «Ударом львиной лапы побеждаю». Гарцует на своем скакуне герцог.
Но подали сигнал громкие трубы. Рыцари помчались навстречу друг другу, в щепу разлетелись копья… и опустело седло, сброшен герцог на землю.
А с высоты башни кажется Гиневре, будто большой золотой жук ударился на лету о преграду и упал, оглушенный, на спину.
Ликуя, сбежала она с башни.
Призвала рыцарей Гиневра и молвила им с насмешкой:
– О верные рыцари короля Артура, как вы благоразумны и осторожны! Без его соизволения ни шагу, словно малые дети. Дивлюсь я, как еще к вам нянька не приставлена.
Стыдом ожгло рыцарей при этих словах, и Гавейн вскричал:
– Не смейтесь над нами так жестоко, госпожа моя! В наказание за то, что промедлили, готовы мы исполнить любое ваше повеление. Пошлите нас хоть в логово дракона!
– В логово дракона? Нет, задача моя потруднее,- улыбнулась Гиневра.- Уж не знаю, будет ли она вам по плечу?..
– Прикажите только! – воскликнули рыцари.
– Мелисена, проведи рыцарей в розовый сад. Там ты покажешь им одного из моих слуг. Того, кто срезает для меня цветы… С этой минуты, рыцари, вы должны покорно служить ему, словно королю, пока не скажу я: «Довольно». Всякую волю его надлежит вам исполнить в точности. Для начала послужите ему за столом.
Побледнел Гавейн – не этого он ждал. Смутились и другие рыцари.
Но нечего делать: слово дано!
Пошли рыцари вслед за Мелисеной в розовый сад.
А там садовник ругает на чем свет стоит рыжего парня: где он пропадал и как смел отлучиться?
– Насмешница нарочно выбрала самого скверного урода из всех своих слуг, – пробормотал сквозь зубы Ивейн.
– Не угодно ли пожаловать к столу в пиршественный зал? – сказал Гавейн парню, дрожа от гнева. – Угостим вас на славу.
Парень ответил без тени смугцения:
– В самом деле, солнце высоко, время пообедать. Пусть двое из вас носят кушанья из кухни, а двое прислуживают мне, подливают вина в кубок.
– Неслыханная наглость! – шепчутся рыцари.
Сидит рыжий парень в золоченом кресле и пирует себе как ни в чем не бывало, а Гиневра с Мелисеной смотрят с высокой галереи. Наливают рыцари вино в резной кубок и подносят парню.
– Эй, вы! Не люблю я таких постных лиц, когда обедаю! – покрикивает парень,- А ты, длинный, как неловок – подливу пролил.
– Крепитесь! Это последний его обед!-тихо молвил Герайнт,- Повесим негодяя или утопим, как шелудивого пса.
Кончил парень пировать и приказал рыцарям:
– Идем теперь во двор замка! Приведите иноходца, и пусть старший из вас подержит мне стремя!
Сел рыжий парень в седло.
– Поезжайте за мной, как подобает верной свите. Обгонять не смейте!
Подчинились рыцари, стиснув зубы.
– Вот лес,- сказал Пелиас,- там мы с ним и рассчитаемся.
Но у самой опушки парень обернулся. И рыцари разом вскрикнули: перед ними был сам король Артур! От души рассмеялся король:
– Что, не ожидали? Там, в лесу, спрятал я коня и оружие. Не печальтесь же, я сам поведу вас на битву.
Славная была битва!
Наголову разбит враг, в страхе бежало войско Нортумберленда.
Великая радость царит в Камелиарде, но радостней всех Артур и Г иневра.
– Молю тебя, прекрасная Гиневра! – сказал Артур,- Будь моей женой и королевой Британии.
– Меня страшит твое величие,- ответила Гиневра,- но я согласна, потому что люблю тебя.
Целый год готовились в Камелоте к свадьбе, чтобы достойно встретить невесту. То был счастливый день и великое торжество! Свадьба удалась на славу.
Король Леодегранс прислал с дочерью своей Гиневрой богатые свадебные дары, но самым лучшим из них был круглый стол из темного дуба, такой большой, что за него сразу могли сесть сто пятьдесят рыцарей.
Волшебник Мерлин подвел короля к круглому столу:
– Лишь достойнейшие воины призваны занять место за этим столом. До самого края земли прогремит слава рыцарей Круглого стола. Нет за этим столом ни первых, ни последних мест, все равно почетны.
– А для кого предназначено это высокое, богато украшенное кресло?- спросил Артур.
И в тот же миг появилась на спинке кресла золотая надпись: «Король Артур».
На других же креслах засияли надписи: «Гавейн», «Ивейн», «Пеллинор», «Кэй» и другие, всего числом тридцать две.
Король огорчился, увидев, что надписей еще очень немного.
– Не торопитесь, король,- сказал ему Мерлин.- Когда все места за столом будут заняты, вы достигнете вершины своей славы… И вскоре после того придет черный день для Британии, а больше я вам ничего не скажу.