Вечером дон Жуан пошел в один кабачок посмотреть на пляски цыган. Сопровождал его только один молодой паж. Дон Жуан надвинул шляпу на глаза – он не хотел быть узнанным.
Вдруг в глухом переулке на него напало несколько наемных убийц. Лица их были закрыты масками. Плащи ощетинились, прикрывая оружие… Дон Жуан был отважен до безрассудства, но он понял, что надо спасаться бегством. Для таких головорезов нет законов чести – заколют в спину. Такая смерть казалась ему постыдной.
*
Дон Жуан бросился бежать, свернул в одну улицу, в другую, миновал какой-то пустырь и вдруг увидел перед собой одинокую часовню. Он с силой рванул дверь. А, не заперта! Дон Жуан проскользнул внутрь и очутился в полумраке. Огонек лампады не мог рассеять густые тени.
Дон Жуан перевел дыхание, поглядел вокруг и увидел надгробную статую. Наверное, она была изваяна по образу и подобию того, кто был похоронен в этой часовне. Высокий воин из белого мрамора нес вечную стражу над могилой. Тяжелая рука горделиво лежала на ц;ите. На нем был вырезан фамильный герб.
В часовню, запыхавшись и дрожа, вбежал испуганный паж:
– Сеньор, убийцы, кажется, потеряли наш след. Мы можем спрятаться здесь до утра, а дверь припрем изнутри.
– Недурная выдумка! Не прикажешь ли мне лечь спать без ужина вот на этой надгробной плите? Я сейчас так резво бежал, что не прочь закусить. Кто сегодня приглашен ко мне на ужин?
– Сегодня? Кажется, никто, сеньор. Вы собирались заночевать в кабачке.
– Ах, черт! Это досадно! В кабачок сейчас не сунешься – прирежут, как барана. Но погляди на это каменное чучело – как оно на нас пялит свои белые глаза. Прочти-ка надпись на могиле. Я хочу узнать, кто здесь похоронен.
Паж засветил свечу и поднес к надписи.
Сеньор, это могила командора Гонсалес де Ульоа, – сказал он, запинаясь,- Надпись гласит: «Здесь ждет благороднейший кабальеро, чтобы заслуженная месть постигла наконец его жестокого убийцу».
– Ба, командор, старый знакомый!- воскликнул дон Жуан. Опасность разгорячила его, и в нем кипело веселое бешенство.- Знаменитый командор, доблестный воин, ты вел за собой в сраженья многие знамена! А теперь стоишь здесь, высеченный из камня. Была ли слава твоя бела как день или черна как ночь? Теперь тебе все равно! Все равно! А помнишь ли, как ты ругал меня негодяем? Вот же тебе!- И дон Жуан схватил статую за мраморную бороду.- Приходи ко мне на ужин сегодня, мой неудавшийся тесть, слышишь? Живот твой, верно, ссохся от долгого поста…- И дон Жуан, отвернувшись, пошел прочь.
Тут молодой паж закричал не своим голосом:
– Сеньор мой, статуя кивнула головой. Она кивнула головой!
– Что ты мелешь, трус? У тебя от страха в глазах двоится,- спокойно отвечал дон Жуан. Но все же он не захотел ни минуты долее оставаться в часовне и вышел на улицу. Будь что будет!
Скоро убийцы заметили его и снова бросились в погоню. А скрыться было негде. И справа и слева тянулись белые каменные стены. Ветер бросал сухую пыль в глаза. Слышался лай собак, кто-то поспешно запер ворота…
Редкие прохожие шарахались в стороны. Крестьянин спрятался за спину своего мула. Монах перекрестился и нахлобучил капюшон. Только оливы и смоковницы выглядывали из-за стен и протягивали навстречу дон Жуану длинные темные руки.
Дон Жуан решил прислониться спиной к стене и дорого продать свою жизнь. В нем уже разгорелась знакомая радость боя.
Вдруг он услышал стук колес, и из-за поворота улицы выехала карета, запряженная четверкой лошадей.
Дон Жуан рывком открыл дверцу и на ходу прыгнул в карету.
В карете сидела молодая дама с дуэньей. Обе они вскрикнули.
Не бойтесь, благородные дамы,- стал успокаивать их дон Жуан,- Я не грабитель. За мной гонятся по пятам наемные головорезы, и я в смертельной опасности. Но если я встревожил вас, то скажите хоть слово, и я выпрыгну из кареты.
Молодая дама крикнула кучеру, который в испуге придержал лошадей:
– Гони во весь опор! Быстрее!
При звуках знакомого голоса дон Жуан вздрогнул. Донна Анна… Это была донна Анна! Пораженный, он не сразу мог найти слова для благодарности. Донна Анна сказала ему:
Выходите из кареты, сеньор. Вы уже на людной улице. Здесь вам ничто не грозит. Я должна была бы вонзить вам в сердце кинжал, чтобы отомстить за смерть моего отца. Но этого я не сделаю. Пусть небо покарает вас.
Карета остановилась. Дон Жуан отворил дверцу и оглянулся на донну Анну. Факелы стражников озарили ее лицо. И дон Жуан увидел, ясно увидел: она была совершенством красоты. Дверца захлопнулась, и карета покатила дальше.
Дон Жуан стряхнул с себя оцепенение и словно нехотя, тяжелыми шагами направился домой. Вскоре и молодой паж благополучно вернулся и начал рассказывать слугам чудеса о своей храбрости. Троих головорезов наколол на шпагу!
Дон Жуан сел за стол и велел подать себе ужин, досадуя на одиночество. Оно оставляло слишком много простора для мыслей. Паж егце не совсем твердой рукой налил вина в бокал и зажег восковые свечи.
«Если б свершилось чудо,- думал дон Жуан, опершись локтем на стол,- если б донна Анна простила меня… Но нет, что пользы! Я уже не могу любить по-настоящему. Слишком много страшных дел совершил я. Я, словно камень, скатился с крутого склона, и ничто уже не вернет меня на вершину! Но и жить без донны Анны я не могу… Слышал я, что пираты заставляют свою жертву пройти по доске, прежде чем низринуть в кипящее море. Я сам погнал себя на погибель. Вот он – конец доски».
Вдруг где-то внизу на улице возле входных дверей послышался какой-то непонятный шум. Казалось, что в дверь ударили тяжелым молотом. Испуганный крик, топот ног. Дон Жуан нахмурил брови. Какая буйная ватага посмела ломиться в его дом?
В комнату вбежал привратник и сказал заплетающимся языком: Сеньор мой, в двери стучится какой-то гость… Только, сеньор, он каменный. Ей-богу, я не пьян! Вот и другие слуги видели, но они убежали, сеньор. Шмыгнули вверх по лестнице, словно мыши. Этот каменный идол говорит, будто вы его позвали на ужин. И как грохнет каменным кулачищем в дверь, чуть в щепки не разбил. Ей-богу, я не пьян…
– А ведь верно, я его пригласил,- ответил дон Жуан твердым голосом,- Ступай же и прими Каменного гостя с низким поклоном. А ты, паж мой, возьми подсвечник и посвети гостю на лестнице! Ну же! Что вы стали? Идите, я вам говорю!
Привратник и паж вышли.
Что-то со стуком покатилось по ступеням мраморной лестницы. Верно, паж выпустил подсвечник из ослабевшей руки. Раздались шаги, мерные и тяжелые, как будто шагал в ногу целый отряд воинов. Посуда на столе запрыгала, зазвенела. Вбежал испуганный паж.
– Спасайтесь, сеньор, спасайтесь, если жизнь вам дорога! Каменный гость на пороге…
– Пусть войдет,- усмехнулся дон Жуан.- Теперь мне все равно!
Дверь распахнулась с такой силой, что одна из створок соскочила
с петель и рухнула с грохотом.
Тяжело ступая большими плоскими ступнями, вошла статуя командора. Огни свечей легли набок и выпустили синие дымные языки.
– Вот я, дон Жуан! Ты звал меня,- сказал Каменный гость таким голосом, словно все ветры мира загудели в печной трубе.
– Здравствуй, Каменный гость, я рад тебе. Эй, паж, принеси больше свечей, придвинь золоченое кресло! Убежал… Хорошо, я сам придвину тебе кресло. Ты устал так долго стоять, командор. Побеседуем.
– Дай мне руку, дон Жуан, если ты рад мне. Дай пожать твою руку!
– Вот она, бери!- твердо и бестрепетно отвечал дон Жуан.- Ты мертв, да ведь и я не живее…