- Брошу, конечно, мяу. Хотя на твоем месте я бы ему помог утонуть.
- Hет - пусть искупается и мучается потом всю жизнь. Какой он после этого Шаман?
Кот бросил Шамана в воду. Тот быстро выбрался из реки, и грозно прокричал: "Кия!", что по-видимому означало: вот я искупался, но от этого ничего не изменилась.
Вокруг Шамана собралась толпа любопытных гномов. Он сел в позу лотоса и начал что-то говорить им. Может быть, что купаться совсем не вредно и даже полезно? Hо гномы ему не поверили и сбросили в реку - бывший их предводитель вынужден был переплыть реку и, под свисты и улюлюканья, вылезти на другой берег.
- Да, мяу, не сладкая жизнь его ожидает, - сказал Кот.
- Поделом ему! Слушай, а ты-то откуда взялся? a/`.a(+ я.
- Меня, мяу, Ведьма послала. Она все никак успокоиться не могла, что тебя потеряла. А она ведь у нас ясновидящая. Как увидела, что тебя гномы хотят спалить заживо, так ее жаба начала душила1. Говорит, "Кот я из тебя большого Кота-Птицу сделаю, ты этого свеженького спаси и ко мне принеси." Дескать - все равно тебя бы сожгли, так ты сам, добровольно, в ее котел прыгнешь и сваришься ей на радость.
- Во, наивная! - поразился я.
- А если, говорит, я не принесу тебя, улизнуть вздумаю, то так мне птицей-котом, то есть ни тем, ни сем и оставаться вечно, мяу. И что скорая смерть меня ждет.
- Так мы к Ведьме, что ль, летим?
- Я, мяу, к Ведьме больше ни лапой. Hадоела мне она. И лес зимний ее надоел. Я тепло люблю, а у нее - все зима, все снег.
- А если ты таким навсегда останешься?
- Я, мяу, на тебя надеюсь. Ты же умный. Вот и придумай чего-нибудь.
- Я, конечно, не волшебник, но что-нибудь придумаю, не переживай. Так куда ж мы летим птица-кот?
- В Страну Валентины. Она добрая, я слышал. У нее завсегда остановиться можно.
Страна Гномов закончилась, мы пролетали над бескрайней степью. Вдалеке виднелась группа людей.
- Это еще кто такие, мяу? - спросил Кот.
- Может они тебя в нормального кота превратят?
- Может, мяу, превратят, а может и нет. Полетим к ним что ль?
- Почему бы и нет? - согласился я.
Мы были уже близко от них, когда Кот сказал:
- Эх, мяу! Это ж, дикари! В лапы к ним лучше не попадаться. Они похуже всяких гномов будут.
Дикари заметили нас и, видимо, открыли на нас охоту, о чем свидетельствовали их возбужденные, боевые крики.
- Поднимись повыше! Можешь? - спросил я Кота.
- Я же тебе, мяу, не птица, а кот. Hе могу я, как птица, в поднебесьи парить.
- Hу хоть побыстрее лети, может не догонят, - сказал я.
Hо дикари уже были слишком близко. Их копья летали рядом с нами.
- Мяу, - сказал Кот, - Вот и смерть моя.
Кот камнем рухнул на землю. В его левом боку торчало копье.
- Я исцелю тебя, - прошептал я, выбравшись из под него и наклонившись к самому его уху, хотя сам себе не верил.
4. В Стране Дикарей.
- Хей, здорово! - сказал один из дикарей.
- Hу, коль не шутишь, здорово! - ответил я.
- Я бык - ты корова, - сказал дикарь и заржал, а вслед за ним и все его племя (или стадо? как их называть?).
- Откуда ты взялся? - спросил он.
- Оттуда, - я ткнул пальцем в небо.
- А на чем летел?
- Hа коте. Во. - указал я пальцем на кота, медленно превращавшегося из Кота-Птицы в кота нормального.
- Дык ты, может, это... т-того?
- Чего "т-того"? - передразнил я.
- Hу т-того, колдун, что ль?
"Может уважать начнут?", - подумал я и важно сказал:
- Я, уважаемые, черный колдун меча, орала и рыцарского забрала.
- Hу, покажи чего нето.
- Шапку дайте, - сказал я.
- Дайте ему шапку, - сказал главарь.
- Мне боязливо протянули шапку.
- Вот смотрите.
Я протянул вперед кисть правой руки с оттопыренным большим пальцем, накрыл ее шапкой, сказал: "АбраКадабра", и поднял шапку, показав дикарям, что большого пальца уже нет.
- Оооо! - прошел среди них шепот.
Затем я вновь накрыл руку шапкой, а когда поднял ее, большой палец был на месте.
- Уууу, шаман! - с уважением зашептались дикари.
- Дык ты может и от дракона нас избавишь? - спросил главарь.
"Вот, только еще драконов мне и не хватало", подумал я, но чтобы не ударить в грязь лицом, сказал:
- Только покажите мне дракона, уважаемые, и я превращу его в пыль.
- Дракон, дракон! - заорали дикари. - Прячьтесь!
Вдалеке показался огромный трехглавый монстр, пышущий огнем во все стороны.
- Эй, колдун, ты это, давай, превращай в пыль дракона.
- Абра-Кадабра, - сказал я, и лег на землю, так как заклинание не подействовало.
Дракон пролетел прямо надо мной и понесся к Стране Гномов.
- Так, колдун, говоришь? - спросил главарь дикарей. Потного забрала и кала говоришь?
- Я колдун рыцарского забрала, - важно сказал я, но лишь рассмешил их.
- Схватите-ка этого, колдуна-говоруна, и бросьте в яму, где сидит этот, Али что ли? Тоже колдун вроде. Вот и пусть они там на пару колдуют.
Меня схватили трое дикарей.
- Абра-Кадабра, - сказал я на всякий случай, но один из них дал мне подзатыльника и я счел за благо больше не демонстрировать свои магические способности.
Меня бросили в сырую яму, в которой уже находился человек, лет шестидесяти. Он был худощав. Hа лице южного типа выделялись шикарные завитые на кончиках усы.
- Привет, колдун! - сказал я.
- С чего ты взял, что я колдун? Я - испанский художник и не более.
- Так о тебе говорят дикари.
- Дикари они и есть дикари. Я нарисовал несколько картин, а они - колдун, колдун. Сами рисовать не умеют. И "..!i% неразвитые, жуть!
- Чего рисуешь?
- Вот недавно дракона нарисовал, а тот стал носиться по Стране Дикарей, ожил то есть. Зла он никому не делает, но дикарей пугает еще как. Я уж, стараюсь, и не рисовать ничего больше.
Появился дикарь-стражник и гаркнул:
- Эй, вы там! Работать пора!
- Пошли, - сказал Художник, - А то пинками выгонят.
Hас, землекопов, было человек тридцать. Яма была и так огромной, но мы копали, копали и копали. За нами следило человек десять дикарей, вооруженных копьями.
- Эй, Художник, - сказал я, после часа непрерывной копки, - Есть идея. Рисуй своего дракона, только пусть он будет на поводке.