Данир приказал подкатить к воротам тяжелое орудие для метания и забросать камнями ханских стрелков.
Растерялись неприятельские стрелки, заметались в испуге.
Видя это, вышел Дамир вперед и крикнул своим воинам:
— Храбрые братья мои! Помните святую клятву, что дали мы матери нашей Алмазбану, за наш древний город — вперед!
Не выдержало напора войско хана, дрогнуло. Данир и его воины бросились преследовать врага. Они гнали его к вершине горы, чтобы оттуда сбросить в пропасть.
Ханский военачальник Кара-Могез едва верил своим глазам. Разве доносчики не сообщили ему еще ночью, что Данир и Жантимир убиты! Значит, людям его не удалось тайно умертвить их. Кара-Могез тут же отправил двоих гонцов к баскаку за подкреплением…
А в это время старый Жантимир вершил суд над предателем. К Жантимиру привели едва живого от страха Шомходжу. Он тут же повалился кузнецу в ноги и назвал всех заговорщиков.
Жантимир хорошо знал всех, кроме одного. Он спросил незнакомца:
— Кто тебя послал к нам, чужой человек? Ты, должно быть, тот самый смутьян, которого подослал баскак? Ты настроил этих людей против родного племени и примешь кару.
Незнакомец опустил полные ненависти глаза и молчал.
Изменников связали по рукам и выставили на городской стене. Лучники выпустили в них по стреле, а бездыханные тела их столкнули в ров.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Когда солнце спряталось за горами, Кара-Могез приказал трубить отбой. Усталые, сильно поредевшие войска его направились в долину. Воины Данира тоже потеряли немало храбрых товарищей и были измучены не меньше.
Битва стихла. Обе стороны ждали подкреплений.
Данир поручил своему помощнику Беркету наблюдать за полем боя, а сам поспешил домой.
У входа в жилище Жантимира толпился народ. Лица людей были печальны и озабочены.
Данир молча, ни на кого не глядя, прошел в пещеру и опустился на колени возле больной.
— Как ты себя чувствуешь, Айгюзель? — проговорил он.
Девушка молчала, лишь посиневшие губы чуть заметно дрогнули.
Пять старых знахарок, присматривавших за ней, обступили Данира.
— Дела ее плохи… Травы наши не помогают, — пожаловалась одна.
— Проболеет она еще семь недель, и если за это время ей не станет лучше, она умрет, — предсказала другая.
— Ее нужно лечить желчью морской рыбы, — проговорила третья.
— Нужна зеница глаза черного волка, — молвила четвертая.
— Спасет ее только талисман из рога медной змеи, завернутого в лягушечью кожу, — заявила пятая.
— Нет! — воскликнул Данир, — ничего не нужно! Ее может спасти только бабушка Алмазбану, которая знает средства от ста семидесяти недугов… Но чтобы бабушка могла вернуться к нам, нужно разбить врага и возвратить стране смельчаков свободу… Но сколько времени потребуется для этого — семь недель или семь месяцев — я не знаю…
В ту ночь Данир не сомкнул глаз. На белоснежном куске бересты, приготовленной для письма, он начертал:
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
«У мужества два крыла: одно крыло — уверенность, другое — бдительность. Я верил в свои силы, но забыл об осторожности. Я летел на одном крыле. Из-за этого враг подступил к городским воротам, а милая Айгюзель лежит при смерти». Пусть это другим послужит уроком»…
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Уже шесть лет тянулась война, то затихая, то вспыхивая с новой силой. Ханский баскак посылал в страну смельчаков полки за полками. Но молва о храбрости Данира переходила из уст в уста, из племени в племя. И всюду люди стали подниматься против жадного и жестокого хана. Даже самые маленькие и слабые племена не желали теперь жить в рабстве. В страну смельчаков каждый день прибывали храбрые джигиты из дружественных племен. Они рвались в бой.
Страх обуял баскака. Не хватало у него отрядов, чтобы усмирить непокорных. Охотники, земледельцы, ремесленники — все, кто страдал от ханского ига, называли Данира своим защитником. О нем пели песни, рассказывали сказки. Кое-кто уверял даже, что у него два сердца, а за плечами крылья.
Хан не раз подсылал к Даниру убийц, назначал за его голову большую награду. Но народ заботливо оберегал джигита. Тогда решил хан погубить Данира в поединке. Самые храбрые из его военачальников по очереди вызывали джигита на бой. Но всех соперников, пеших и конных, Данир побеждал. Народ любовно назвал его Ульмес-батыром, что на языке того племени означало: бессмертный. Слух о подвигах Данира дошел и до его родины…