Встретившись с противником, чжурчжени высылают одного-двух солдат на быстрых лошадях для разведки неприятельских позиций или же внезапно атакуют врага с флангов, фронта и тыла. Ворвавшись в его строй на глубину ста шагов, враз стреляют из луков. Стреляют чжурчжени очень метко: они почти всегда попадают в цель. Если одержат победу, то приводят в порядок свои отряды и не спешат преследовать противника. Если потерпят поражение, то не рассыпаются, а собираются снова. Разрозненные отряды сливаются воедино. Они опять то атакуют противника, то отходят назад, производя смятение в его рядах. Они дерутся так, как будто сами духи вступают в сражение, и в конце концов одерживают победу».
Чжурчженьский воин
Но, конечно, война не была главным занятием чжурчженей. Конец первого — начало второго тысячелетия н. э. в истории Центральной и Восточной Азии знаменуется созданием больших государственных объединений, что объяснялось необходимостью противостоять захватнической политике китайских императоров, а также и внутренними процессами. В это время происходит быстрое расслоение общества, выделяется племенная верхушка, стремящаяся максимально расширить свои владения. А это было возможно лишь при наличии сильной централизованной власти. На начальной стадии политического объединения чжурчженей каждое племя имело, как правило, свою укрепленную территорию. Один из таких укрепленных районов чжурчженей и находился, по-видимому, на озере Болонь. И только позднее племенные группировки объединяются под единой централизованной властью.
В X–XI веках непокорные чжурчжени все чаще и чаще беспокоили соседей.
Главной задачей чжурчженей на этом этапе являлось объединение всех племен, недовольных киданями, под единой верховной властью.
Это объединение начали осуществлять вожди племени Вань-янь, жившие в южной части Приморья. Объединение чжурчженей началось при Угунае (1021–1074 гг.). Используя хитрость, дипломатию и военную силу, он покоряет одно за другим племена родственной этнической группы. В «Истории чжурчженьской династии» сказано: «Угунай покорил все поколения (племена чжурчженей). Кроме того, он владел горою Бошань и местами Ехой, Тунь-мэнь, Елань и Тугун-лунь, его указам внимали старшины пяти княжеств».
При преемниках Угуная продолжается объединение чжурчженей, начинавшее угрожать киданьскому господству в этой части Восточной Азии. Консолидация чжурчженей заканчивается при внуке Угуная, талантливом и умном вожде Агуде. Согласно легендам, рождению Агуды предшествовало появление пятицветных облаков. Астрологи говорили: «Под сими облаками непременно родится человек необыкновенный, который произведет великие дела…» С раннего возраста Агуда выделялся среди своих сверстников силой и ловкостью. Еще в детстве он полюбил лук и стрелы и быстро научился очень хорошо стрелять. Однажды, когда ляоский посол находился при дворе отца Агуды, он увидел в руках мальчика лук и стрелы и приказал ему выстрелить в стаю птиц. Агуда выстрелил несколько раз и каждый раз поражал цель. Посол похвалил его и назвал необыкновенным отроком. В другой раз, когда Агуда был на пиру в доме генерала Холи-хань, он увидел далеко от дома высокий холм и предложил стрелять в него. Но никто из присутствующих не смог дострелить до холма. Тогда выстрелил Агуда, и его стрела перелетела через холм. Когда смерили расстояние, то оказалось, что стрела пролетела более трехсот метров.
После смерти Уясы во главе чжурчженей стал Агуда и сразу же повел независимую от киданей политику.
Вскоре явился посол от киданей, который спросил Агуду: «Почему он не известил о смерти Уясы и о трауре?» Агуда ответил: «Вы сами не явились сделать жертвоприношение во время траура». Посол прибыл на могилу Уясы и, увидев там его коня, хотел взять его для киданьского императора. Разгневанный Агуда приказал убить посланника. И только сын Уясы смог уговорить Агуду не делать этого. Вскоре Агуда решил начать военные действия против киданей.