Удивляться никому не пришлось. Денис сначала смущался, потом, заметив неподдельный интерес слушателей, заметно осмелел и рассказывал им все, что мог вспомнить о городе.
— Воспреемник сказал, что вы нездешние, господа, так что вы, вероятно, не знаете, откуда взялось Золотое Кольцо. Само название пришло из незапамятных времен. По-моему, воспреемник воскресил его в приступе ностальгии, очередной раз вспомнив молодость. Вы же были у нас в Сердце Трехречья? Там берут начало три наших великих реки, там живет Душа Трехречья и черпает силы восприеемник. Сердце Трехречья отгорожено городами Кольца от остальной страны, если так можно выразиться. Считается, что в Сердце нельзя мостить дороги и нельзя много передвигаться, чтобы не мешать рекам набирать силу. Города Кольца предназначены для того, чтобы защищать реки. Они обозначают расстояние, на которое можно без опаски приблизиться к Сердцу страны. А смотреть, собственно, в этих городах не на что, если вы не охотники до реликвий, конечно. В каждом городе Кольца построены надречные часовни для желающих поклониться незамутненной воде.
— А жертвы рекам где приносят? — с наивным видом спросил Янош, поглядывая то на Милана, то на Вацлава. Если бы не подозрительный блеск синих глаз «цвета любви», его слова можно было бы принять за чистую монету.
— Какие жертвы? — удивился Денис. — Вы, наверное, имеете в виду различные церемонии? Праздники, свадьбы, юбилеи. Говорят, раньше было модно бросать цветы прямо в воду, но потом это запретили, чтобы не засорять реки. Так что сейчас все церемонии проводят в надречных часовнях. Кстати, господа, вам бы летом сюда приехать, вот когда красота! Реки у нас чистейшие, нигде больше таких нет.
— Это правда, — подтвердил Стас. — Но нигде больше так не ухаживают за своими реками.
— Смотрите, господа, вот одна из таких часовен. Хотите посетить?
— Да, конечно, — устало сказал Вацлав. — Мы так долго сюда шли, и до сих пор не видели главной реликвии Трехречья.
— Как, господа, вы же были в Сердце Трехречья?!
— Мы были только в резиденции Души и резиденции воспреемника.
— Вы были в резиденции Души Трехречья? А самого Душу вы видели?
— Даже разговаривали.
— О! — у Дениса не хватило слов, чтобы выразить переполнявшие его чувства. Он остановил лошадей у часовни, соскочил с козел и распахнул перед Вацлавом дверцу.
— Позвольте, я помогу вам выйти, господин Вацлав. Знаете, вы ничего не потеряли. Напротив, вам повезло, как немногим. Душа Трехречья редко соглашается кого-нибудь принять и почти никогда ни с кем не разговаривает. На то он и душа страны, чтобы быть для всех, а не для каждого встречного поперечного. Воспреемник тоже. На его плечах лежит ответственность и за Душу, и за страну. Я никогда не слышал, чтобы он кого-нибудь так принимал, как вас.
Под аккомпанемент слов возницы верхневолынцы вошли в часовню, постояли над замерзшей рекой, опершись на перила.
— Перила здесь для ограждения, а не для того, чтобы на них спали, — начала было высказываться какая-то служительница, но к ней тут же подошел монах, что-то тихо сказал, женщина ахнула, извинилась и удалилась, с опаской поглядывая на компанию.
Путники вышли из часовни и снова сели в поджидающий их экипаж. Денис продолжил экскурсию по городу. К счастью, город был невелик, и через полчаса они уже мчались по заснеженной дороге. Коляска была жарко протоплена и мерно покачивалась на рессорах. Милана заинтересовало устройство силового поля, ограждающего коляску от зимы вокруг, он обернулся к начальнику и обнаружил, что тот задремал. У Милана и самого глаза слипались — ночью он спал мало. Но должен же кто-то позаботиться о Вацлаве! Милан мужественно боролся со сном до тех пор, пока маг во сне не прислонился к нему. Последняя мысль засыпающего Милана была, что сон, оказывается, болезнь заразная и передается при непосредственном контакте.
Сани быстро катились по заснеженной дороге. Свежий снег ослепительно блестел на солнце, вызывая у Стас неприятные воспоминания. В последние дни он настолько увлекся походом Вацлава, что не думал ни о прошлом, ни о будущем. У Венцеслава всегда был такой талант — заинтересовывать всех вокруг, чем бы он ни занимался. Он с таким жаром говорил на редких пресс-конференциях о различных отраслях науки и магии, что молодежь буквально повалила в университеты. А это было очень и очень кстати. Все дело в том, что люди бывают разные. Есть люди, которые с рождения знают, что их интересует в жизни, и чем они хотят заниматься. Но их не так много. Гораздо больше людей просто учится в школе, интересуясь всем понемножку. И выбор специальности для них, зачастую, дело случая, традиции или даже моды. Не надо думать, что из них получатся худшие специалисты. Отнюдь. Просто у этих людей не было случая раскрыть свои таланты. И для них новые веянья моды иногда становились делом всей жизни. Многие, вот так, случайно, раскрыли свои таланты и совершили удивительные открытия. Но, если вдуматься, то это совсем не удивительно. Вряд ли вы и сами примете всерьез заявление ребенка, что он хочет заниматься инженерной магией. В лучшем случае, он выговорит это без ошибки. А уж чтобы узнать, что это такое, надо, как минимум кончить школу. А в школе проходят столько всего, что выбрать из великого множества то, что на самом деле интересует, удается только счастливчикам.