— А причем тут верхняя одежда? — не понял Вацлав.
— Ну как причем. Когда шьешь что-либо из ткани, самое главное определиться с фасоном. Если ты — человек основательный, то ты и фасончик себе соответствующий придумаешь. А если нет, то повесишь на себя гирлянду из цветов. Во-первых, красиво, а во-вторых костюмчики можно каждый день менять.
— Сразу видно — парень собрался жениться и впервые задумался во что ему обойдутся наряды для жены, — хмыкнул Вацлав.
Милан помрачнел.
— Вообще-то ты прав. Тем более, что у меня ведь даже постоянной работы нет.
— Пока что ты при работе? — холодно спросил Вацлав.
— Пока да.
— Так что оставь свои высказывания до того дня, когда они приобретут мало-мальскую актуальность. Нет, тебя послушать, так ты дождаться не можешь того заранее благословенного дня, когда ты подашь мне заявление об уходе!
— Я вовсе ни о чем таком не мечтаю.
— Вот и славненько, — все так же холодно подвел черту Вацлав.
— А что там в Полесье? Тоже княжество? — поинтересовался Стас.
— Насколько я знаю, да. И Полесье, и Поморье княжества. Я читал, нет, кажется, это рассказывал Димочка, что Полесье, Поморье и Великое княжество Московское сначала хотели было объединиться. Это после войны. Тогда границы только устанавливались, и между ними границ еще не было. А потом они разругались на извечную тему, кто в доме хозяин. Кажется, они в самый разгар установления границ даже затеяли войну. И тогда границу провели буквально по живому. А названия — княжество — остались. Изначально предполагалось, что это будут три княжества в границах одного королевства. Но вот — не получилось.
Вацлав выглянул в коридор и позвал обслугу.
— Уберите со стола, пожалуйста, и подайте еще фруктов.
Коридорный поклонился и принялся собирать посуду.
Стас решил, что это намек на то, что Вацлав хочет остаться один и встал. Янош тоже встал, глядя на него. Милан сидел в кресле, задумчиво глядя на официанта. Стас вопросительно тронул его за плечо. Милан обернулся, кивнул и встал.
— Вацлав, я должен извиниться.
— Ты ничего не должен, — возразил маг. — Собственно говоря, ты прав, мой мальчик. С твоей работой надо будет что-то решать. Это не специальность для серьезного человека. Тем более что с этой работой, я имею в виду ту, которой ты занимался в Медвенках, ты не справлялся.
Милан аж поперхнулся от возмущения.
— Как это не справлялся?! Какие ты давал мне поручения?
— Знаешь, друг мой, это как раз и была самая сложная работа — сохранять умный вид двадцать четыре часа в сутки без малейших на то оснований, — усмехнулся маг. — А ты вечно выискивал какие-то занятия. Повышал культурный уровень, занимался самообразованием. Я правильно говорю? Вот так. И даже пил без размаха. Да поставь подходящего человека на это место, я бы через три месяца свой дом вообще бы не узнал!
— Я не знал, что ты этого хочешь, — робко извинился Милан.
— Я и не хотел. Но речь не об этом. Ладно, замнем для ясности этот разговор до Верхней Волыни. Хотелось бы продолжить его в более подходящей обстановке. В любом случае, я тебе давно сказал, что на прежнюю работу ты не вернешься и привел для этого более чем достаточное количество доводов. Но увольнять я тебя не собираюсь, и не надейся. Ишь, захотел легко отделаться!
— Вацлав…
— Вот именно, что Вацлав.
— Вацлав, будь лапочкой, не гневись…
Вацлав расхохотался.
Милан тоже засмеялся.
— Ну что, мы пойдем? Спокойной ночи, Вацлав.
— Задержись у меня на несколько минут, Милан.
Стас слегка подтолкнул Яноша и оба вышли. Милан снова удобно устроился в кресле. Вацлав сел в кресло напротив.
Вошел официант с большой вазой фруктов.
— Принесите нам бутылочку коньяка и два бокала, — попросил маг.
Милан вопросительно посмотрел на начальника.
— Выпьем за здоровье наших прекрасных дам, — объяснил тот. — Знаешь, когда ты сообщил мне, что женишься, я несколько неточно среагировал. Я ведь сказал тогда, что хотел бы запретить это, да не могу. Так вот, мой мальчик, дело обстоит с точностью до наоборот. Я, безусловно, могу тебе помешать привезти невесту в Верхнюю Волынь, но я не хочу и не буду этим заниматься. Более того, я подпишу твои подорожные, когда ты поедешь за Валерией. А, может, даже составлю тебе компанию. Если ты подождешь недели три — четыре, пока я устрою самые срочные дела.