Милан взял бумагу.
— Колбаса — пять килограмм, хлеб — восемь, сыр — два, ветчина, грудинка, вода, итог… Вы занялись покупками?
— Нет. Ими занялся Янош. А это счет. Точнее реестр. Счета приложены. А сдача на столе.
Милан глянул на стол — там лежало несколько купюр и горстка мелочи.
— Ты же помнишь, я еще в Гуцулии свалил на Яноша все финансовые проблемы. Вчера вечером он принес мне отчет.
— Зачем?
— Думаю, мальчик слегка комплексует. Ты же помнишь, там, в Угории, он был осужден за растрату.
— Лично я уверен, что мальчик невиновен. И зря вы издеваетесь над ним, заставляя писать подобные отчеты. Я здесь вчера имел счастье наблюдать, как он занимался подсчетами. Бедный ребенок не мог найти полмеча и перетряс всю одежду. Потом из одного кармана выпало полкороны, так он ожил, припомнил, что сторговался с булочником подешевле и утешился.
— Посмотри, — усмехнулся маг. — Эти полкороны отражены в отчете в разделе прихода.
— Вам все шуточки, а ребенок страдает. Неужели вы думаете, что он способен украсть у вас деньги?!
— Ну, я же не дурак.
— Да, но он-то об этом не знает! — Милан в панике закрыл рот рукой, а Вацлав от души расхохотался.
— Ой, простите, Вацлав. У меня случайно вырвалось…
— Чем извиняться, лучше растолмачил бы ребенку правду жизни, — смеялся маг. — Что Вацлав, де, не дурак. И не имеет привычки задавать дурацкие вопросы. Типа — сколько стоит колбаса — два сорок или два тридцать пять. Или ты и сам в этом сомневаешься?
— В чем?
— В моих умственных способностях.
— Вацлав!.. Хотя… будь вы разумный человек, сидели бы сейчас в Медвенке и потягивали наливочки. А так — болтаетесь по свету — чего вы здесь не видели?
— Вот так-то лучше, — одобрил маг. — А то — извините, извините. Будто я и не с Миланом разговариваю!
— Но вы и, правда, извините меня, Вацлав. Понимаете, я всегда стараюсь, по возможности, точно отражать факты, а в данном конкретном случае вы проявили не дурость, а изуверство.
Маг снова расхохотался.
— Если ты и дальше собираешься продолжать в том же духе, то тебе лучше говорить мне ты. Так будет лучше звучать с точки зрения фонетической лингвистики.
— Ну, вы и ругаетесь, Вацлав, — завистливо вздохнул его секретарь.
Глава 17
Ни к чему нельзя приготовиться заранее. Чтобы вы не вообразили, на самом деле все будет по-другому. И потому — жизнь всегда удивительна
После завтрака Вацлав решил лично, по возможности, прояснить обстановку и предложил молодым людям спокойно попить чай. Но оказалось, что за время его болезни молодежь устроила переворот и прочно забрала власть в свои руки. Выслушав предложение мага, Милан глянул на часы и сообщил, что коляска уже должна ожидать у входа, а за простой придется платить, что категорически не одобряет Янош. Вацлав попробовал, было, возразить, но ему вежливо посоветовали не лезть в чужие дела, тем более в такие, в которых он ничего не понимает. Вацлаву осталось только взять свой вещмешок и пройти к выходу из номера. Янош хозяйственно оглядел номер — ничего не забыли? забрал у мага багаж, прихватил свой и пошел вниз. Маг бросил жалобный взгляд на Милана, но тот только пожал плечами.
— Я заказал экипаж еще вчера. Неизвестно что нас ждет впереди, так что пока есть возможность, надо ей пользоваться и путешествовать с комфортом.
Вацлав кивнул, сунул руку в карман, ничего не нашел и окликнул Яноша. Молодой человек остановился на лестничной площадке.
— Янош, верни мне мой вещмешок на минутку.
Маг взял мешок и вытащил оттуда деньги.
— Вот, возьмите по паре тысяч на расходы.
Милан принял деньги спокойно, Янош со вздохом. Вероятно, сказывалось напряжение от давешнего финансового отчета.
— Да, Янош, не нужно в другой раз изводить столько бумаги. Просто расскажи о расходах — этого будет вполне достаточно.
— Это долго и скучно слушать. К тому же трудно проверить, — возразил молодой человек.
— Отнюдь. Главное не стремиться к бухгалтерской точности. Я понимаю, что ты привык — дебет, кредит, приход, расход, сальдо, бульдо и что там еще у вас. Но мне такой отчет сдавать не придется, так что и ты не занимайся подобной ерундой.
Янош кивнул и спрятал деньги во внутренний карман.
Путешественники сели в поджидавший их экипаж и поехали к границе Трехречья. Вацлав и Янош с интересом смотрели в окна и обменивались впечатлениями, а Милан наблюдал за ними, за окрестностями и пытался разобраться в своих чувствах.
Когда Вацлав впервые — ого, да это было больше месяца назад, сказал, что они едут в Трехречье, Милан испугался. Сейчас страха не было. Одна настороженность. Да еще беспокойство за спутников. Оба были увлекающимися натурами, правда, каждый по-своему, да еще и Вацловский пунктик — найти лекарство для Яромира. Ждут его с лекарством в Трехречье, как же! Небось, все глаза проглядели встречая. А Янош еще не отошел от своих неприятностей, так что на него трудно было надеяться в стрессовой ситуации. «Ах, что старый, что малый!» — вздохнул про себя Милан и улыбнулся. Его спутников никак нельзя было отнести ни к старикам, ни к младенцам.