— Но это правда?
— Правда… Хотя, что ты можешь знать о правде, провокатор?!
— За что такая немилость?
— И я тоже хорош, попался на твою удочку. Настолько привык отождествлять тебе со всякой заумью, что совсем забыл, что в первые два года учебы все маги получают общемагическое образование.
— Вы отдали слишком много сил, Вацлав. После этого долго шли по холоду, а теперь еще и ночевка в местной луже. Вам бы отдохнуть в тепле и комфорте недельку — другую.
— Отдохнем в городе.
— Если получится.
— А что нам может помешать? Волшба?
— Хуже, Вацлав, много хуже. Местная бюрократическая система.
Вацлав насмешливо изогнул светлую бровь.
— Этими вопросами по очереди занимается мой секретарь и офицер службы безопасности.
— Ну, может быть у них что-нибудь и получится. Они-то ведь не маги.
Город показался еще до обеда. Почти с самого утра после очередной деревеньки потянулись дачные участки с небольшими, аккуратными домиками, расположенными с геометрической точностью и, насколько можно было судить по внешнему виду, с совершенно одинаковыми размерами и планировкой. Некоторые домики выделялись резными наличниками или расписными ставнями. Даже зимой было видно, что небольшая площадь участков используется на полную катушку. Рационально посаженные деревья и кусты перемежались ровными грядками и небольшими теплицами.
— У них здесь что, натуральное хозяйство? — удивленно проговорил Милан. — Если хочешь что-то съесть, то это что-то нужно сначала вырастить? А как же с одеждой и инвентарем? Простой и честный обмен?
— Это называется «тяга к земле», Милан, — объяснил Стас. — Знаете, горожане, наработавшись за рабочую неделю в четырех стенах на общее благо, зато за жалование, спешат сюда, чтобы поработать в свое удовольствие под открытым небом. Как вы понимаете, совершенно бесплатно.
— Если я действительно что-то понимаю, то это далеко не бесплатно, — возразил молодой человек. — Такое хобби дорого обходится.
— Это верно, — согласился Стас. — Зато если тебе удалось вырастить лучшую морковку, чем твоему соседу, то будет чем похвастаться еще лет пять, если, конечно, в следующем году сосед тебя не переплюнет.
— Нет, мне этого никогда не понять, — вздохнул Милан.
— А вы рассмотрите этот вопрос с другой точки зрения. В неделе пять рабочих дней и два выходных — суббота и воскресенье. Эта традиция существует в Трехречье еще с довоенных времен.
— Здесь что, не было мусульман? — перебил Милан.
— Ну отчего же, были. И до сих пор есть, причем процентов двадцать от общей численности страны. Евреев, кстати, всегда было гораздо меньше.
— Понятно, — кивнул Милан. — Ежели ты не христианин, то проявляй веротерпимость.
— Вы уловили, — улыбнулся Стас. — Итак, два дня в неделю граждан нужно как-то занять. Знаете, говорят, что сатана всегда найдет работу для праздных рук.
— Нет праздности, нет и искушений, — согласился Милан. — Так что, такие участки есть у всех?
— Насколько я знаю, примерно у трети горожан. Еще треть разводит собак, кошек, рыбок, птичек и декоративные растения. Здесь регулярно проводятся конкурсы соответственно цветов, попугаев и прочей мелкой живности. А оставшиеся граждане коротают досуг, предаваясь бесплодным мечтам, чтению литературы, посещению музеев, театров и драмкружков. Существует еще классическая музыка и живопись, интересоваться и заниматься которыми считается признаком рафинированного вкуса. Помимо этого, добрая половина граждан увлекается футболом, половина — танцами и легкой музыкой, и половина — религией.
— Что-то у вас не получается, Стас. Если сложить три половины до одного целого, то получится наложение.
— У вас на редкость точные и емкие формулировки, Милан.
— Подождите, господа, — перебил Вацлав. Сегодня он шел, опираясь на руку Яноша. Правда, перчаток не снимал. — Все это очень занимательно, но давайте отдохнем и перекусим. У нас, кажется, что-то осталось?
— Почти ничего, — вздохнул Янош. — Так, разве что червячка заморить.
— Так давайте заморим, — откликнулся Вацлав. — Я и лавочку приметил.
— Что вы, Вацлав, это же частная собственность.
— Мне плевать, чья это собственность, Стас. Да, я хотел бы взглянуть на твои документы. Надеюсь, они все же сохранились?
— Да, конечно, но ими нельзя пользоваться. Я же говорил вам, что я в розыске.
— Подумаешь, в розыске. Доставай. Посмотрим, что с ними можно сделать.
— Магически — ничего. Тут везде понатыкано аппаратуры. Магические подделки распознаются в два счета.