Через несколько минут Вацлав и Милан сидели у костра и ели поджаренную колбасу. Вацлав, вероятно, уже пожалел, что взялся лечить своего секретаря нетрадиционными методами. Милан буквально засыпал его вопросами.
— Вацлав, если вы не хотите, чтобы я умер от любопытства, то все-таки расскажите, что вы сделали. В противном случае — учтите: смерть моя будет на вашей совести!
— У меня не такая большая совесть, чтобы на ней поместился твой молодой, красивый труп, — засмеялся маг.
— Это как? — подозрительно спросил Милан.
— Ну, разве ты никогда не слышал выражения, что у кого-то там на совести десятки, или даже сотни трупов? Представляешь, какого она размера?
— Кто?
— Совесть.
Милан рассмеялся и снова заныл:
— Вот помру от любопытства, и у вас совесть вырастет!
— Только не это! — содрогнулся маг и попытался принять серьезный вид. Впрочем, ему это не удалось. — Это называется нетрадиционной медициной, мой мальчик.
— Это я и сам понял!
— Еще это называется медицинской магией. Вообще-то, это старая история. Во время Третьей Мировой войны не хватало медикаментов. Да их и не могло хватить при таких масштабах военных действий. Примерно в это время, или чуть раньше, точно не помню, было сделано открытие, что в крови человека содержатся все вещества, необходимые для поддержания жизни, борьбы с болезнетворными микробами и даже для регенерации.
— Регенерации? — переспросил Милан.
— Да. Ты, верно, знаешь, что к регенерации способен ряд низших животных. Морские звезды, дождевые черви, ящерицы… Правда, ящерицы умеют отращивать только хвосты. У высших животных эта способность утеряна, насколько я понимаю, за счет приобретенной способности к большей подвижности. Заметь, мой мальчик, я говорю именно о способности. Некоторые, ну вот ты, например, предпочитают проводить время в полной неподвижности. Или почти полной.
Милан хмыкнул.
— Но дело не в этом. Я просто отвлекся. В общем, не хватало медикаментов и врачи, по большей части от отчаянья, попытались лечить больных кровью. Сначала донорской и синтетической, потом собственной… Примерно тогда же ослабли границы между измерениями. Я рассказывал тебе эту историю. И эта ситуация помогла сделать еще одно открытие и выработать механизм этого метода лечения. Нужно отсосать у пациента некоторое количество крови, часть проглотить, а часть оставить во рту. Потом нужно задействовать магию измерений — не спрашивай о подробностях. Вернемся — можешь поступить в магический университет… И дохнуть на пораженный участок. Да, Милан, регенерации оторванных членов я тебе не обещаю. Для этого требуются совместные услуги нескольких магов. Кстати, могу тебе сообщить, что ты совершенно здоров. Я попутно провел анализ.
Милан недоуменно покачал головой.
— Как-то у вас все слишком просто. Если так, то почему никто таким способом не способен вылечить короля? Как я слышал, князь Венцеслав испробовал все доступные ему средства, да король и сам маг.
— У Яромира слабая кровь. Его нельзя ей вылечить. Я пробовал — не помогает. Так, чуть-чуть поддерживает.
— А если взять другую, сильную?
— Кровь индивидуальна, Милан, так же, как и отпечатки пальцев. Здесь могла бы немного помочь кровь его брата, но он не соглашается.
— Венцеслав?
— Нет, Яромир. Он согласился воспользоваться кровью брата только раз — чтобы с гарантией дожить до его приезда.
— Венцеслав куда-то уехал?
— А что, его не может на подвиги потянуть? Ну ладно, Милан, пора идти, — маг помолчал, потом с ехидцей добавил. — А жаль, что сейчас день. Была бы ночь — мои глаза бы очень эффектно засветились кровью. Твоей. Тебе бы понравилось.
Они забросали костер землей и вернулись на дорожку.
— Вацлав, а вы, правда, можете быть вампиром?
— А как же. Теперь, я думаю, ты не будешь забывать о припасах на дорогу.
— Не буду, — согласился Милан. — А все-таки, Вацлав…
Вацлав вздохнул:
— Если ты так любопытен, мой мальчик, тебе надо было читать учебники, а не посмертные воспоминания каких-то сомнительных личностей. На самом деле, Милан, вампиризм — это болезнь, причем довольно любопытная. Кстати, можешь не беспокоиться. На самом деле вампиры не пьют кровь своих жертв и крайне редко их убивают. Точнее, никогда не убивают, по крайней мере, сразу. Если вампир продолжительное время питается одним и тем же человеком, тот умирает. От истощения организма и заражения крови.
— Это как?
— Видишь ли, в силу различных причин, у вампиров полностью отказывает желудочно-кишечный тракт. Но при этом у него развиваются клыки. Они полые внутри и соединяются с кровеносной системой вампира. Вампир вонзает их в артерию жертвы, забирает из крови питательные вещества и сбрасывает туда же продукты своей жизнедеятельности. Словом, включается на некоторое время в его кровеносную систему. Поэтому они и ухитряются так перепачкаться, как любят рисовать на картинках в книжках. Кстати, мой мальчик, поддерживать жизнь таким способом могут не только вампиры. Я, например, всегда ношу в кармане парочку клыков.