— Он и не беден. Как видишь, путешествует уже третий год и есть деньги на кредитке. Но чтобы сильно разбогатеть, так это не с чего. Ведь Стас изобрел не способ сделать сталь из руды, а всего лишь способ несколько улучшить ее качество. Процесс весьма трудоемкий, а, следовательно, дорогостоящий. Услуги магов не дешево стоят. А два-три года назад Стас бросил все и ушел в Трехречье, пока окончательно не разучился нормально разговаривать. А здесь, как я понял, он не нашел, что искал.
— А мы найдем? — спросил Милан, глядя в голубые глаза мага.
— Не знаю, Милан. Но если мы сумеем благополучно вернуться в Медвенку, я скажу, что мы не зря сюда шли. То, что мы узнали по дороге, стоит небольшой экскурсии.
— Вацлав, а вы не хотите применить к Яромиру способ, который использует душа Трехречья?
— Я не настолько жесток. Кроме того, я люблю брата.
Янош с интересом оглядел на своих сотрапезников, подумал, что он мешает им свободно поговорить друг с другом, и встал.
— Пойду к себе. Стас обещал починить свитера Милана. Интересно будет посмотреть.
— Надеешься пополнить свой лексикон? — засмеялся Вацлав. — Вряд ли это у тебя получится. Как правило, это делают менее экспансивными методами.
— Все равно пойду. Вам нужно отдыхать. А у меня еще и стирка заведена. Я все сделал, как ты меня учил, Милан. Замочил, а сейчас собираюсь постирать.
— Ты опять взялся за это лично? — нахмурился Вацлав.
— Но, Вацлав, здесь заломили такие цены, что мне просто поплохело! Путешествие только началось, а деньги тают со скоростью снега под ногами. Я имею в виду вчерашний день. А сколько еще будет стоить санная повозка? Да накладные расходы на четверых… Кстати, Стас и дальше поедет с нами?
— Как захочет, — отозвался маг.
— Видишь ли, Вацлав поклялся не отказываться в путешествии от случайных попутчиков.
— Что ж, Стас маг. От него будет больше пользы, чем от меня.
— Ты мог заметить, Янчи, что пока что дело обстоит с точностью до наоборот, — усмехнулся Милан. — Да, кстати, пойдем, я помогу тебе со стиркой.
— Еще чего не хватало! — возмутился Янош. — Тебе отдыхать надо, восстанавливать кровь. Вот лучше распейте с Вацлавом бутылочку вина до обеда.
Янош вышел из комнаты, Вацлав с улыбкой посмотрел ему вслед.
— А и, правда, Милан, подлей нижнереченского.
Глава 21 Паломники
Три дня стараниями Яноша превратились в пять. Янош оттягивал отъезд всеми силами, ссылаясь на необходимость сперва долечиться и прийти в себя. Вот Вацлав на границе не долечился, и чем все это кончилось? Этот аргумент, который Милан, да и сам Янош, считали шатким, произвел неожиданно сильное впечатление на Вацлава. Тот уже и сам думал, что будь он в лучшей форме, единичную стрелу он бы как-нибудь отклонил. Вацлав любил вспоминать в кругу друзей, как однажды на тренировке он направил стрелу в небо и попал в случайно пролетавшего мимо дикого гуся. А тут ведь не тренировка, где он был надежно укрыт за щитом. Здесь жизнь. И если бы Милан тогда не толкнул его в снег, Яромир, вместо исцеления, получил бы известие о смерти брата. Подобное же известие еще бы и приблизило его к могиле.
А Милан… Он взял его с собой, считая, что тот будет скорее помехой. С его-то мировоззрением заменит ему, Вацлаву, и вериги, и власяницу. Единственную пользу от своего секретаря он видел в том, что тот, по крайней мере, доставит известие о нем Яромиру в случае чего. Да и веселее вдвоем. На деле же вышло, что о лучшем спутнике он не мог бы и мечтать. А чем он, Вацлав, отплатил молодому человеку? Стрелой в грудь?
Так что Вацлав мало того, что согласился остаться еще на пару дней, но и заявил, что не тронется в путь, пока не проведет маго-медицинское обследование обоих молодых людей.
Янош не терял времени даром и решил извлечь из пребывания в Ямполе максимум пользы. Дни напролет он носился по магазинам, скупая колбасы, копчености, сыры и прочие полезные в дороге вещи, среди которых оказался и ящик коньяка. В качестве тягловой силы Янош брал с собой Стаса. А то ишь какой вымахал! В дороге, небось, не станет отказываться от лишнего бутерброда. Так пусть хоть принесет малую толику посильной пользы и большую толику продуктов.
Стас не возражал помочь, хотя и пытался убедить Яноша в том, что с карточкой паломника какой никакой ночлег у них будет, да и еда тоже. Янош же невозмутимо отвечал, что не знает, как в Трехречье принято кормить паломников. И вообще, мало ли что в дороге может случиться? Вот он, Янош, прикупил на границе провианта, и нисколько об этом не пожалел.
И Янош начинал хозяйственно прицениваться к окороку. Стас покорно подхватывал очередной груз и шел следом за молодым человеком, вспоминая горячий чай и колбасу на привалах.