— А кого мы хотели увидеть?
— Я допускаю, господа, что зимой паломников меньше, — вставил Милан. — Вышли мы рано, по гостинице не особенно разгуливали. Давайте посидим, подождем попутчиков.
— Зачем? — удивился Стас.
— Вы сказали город, и добрая половина домов — гостиницы.
— Ну, насчет половины я может, и загнул. Дело в том, что в резиденции нет жилых домов в обычном смысле этого слова. У нас дома мы это называем меблированными комнатами, здесь — гостиницами. В резиденции живут служащие высшего ранга из канцелярии Души Трехречья и обслуживающий персонал всех сортов.
— Тем не менее, мне почему-то кажется, что паломников селят отдельно. Ты был весной. Много было паломников?
— Очень. Но, в основном, они приходили посмотреть, как вскрываются истоки рек ото льда. К Душе паломников не так уж и много. Да и зачем? Если волю Души гораздо проще узнать у местного священника. В самом деле, Вацлав, для того и существуют иерархические структуры, вы это лучше меня знаете. А поклониться Душе можно и у истоков. Так гораздо спокойнее. Кстати, город так и называется, Истоки.
Вацлав усмехнулся.
— Потому и удивляюсь, что хорошо представляю себе иерархические структуры. Ты ведь сказал, что каждый вновь прибывший должен представиться лично воспреемнику?
— Только те, кто хочет попасть непосредственно к Душе.
— И пропускают всех беспрепятственно?
— Насколько я слышал, так.
— Тогда непонятно, почему так мало желающих.
— Но, Вацлав, что, у нас в Верхней Волыни каждый ломится на прием к королю?
— Скажешь тоже! То — король, а то — Душа. Это же живая легенда! Ходят же люди в зоопарк, а там далеко не такие редкости!
— Ну, у вас и сравнения, — восхитился Стас. — Но вы правы, Душа страны интереснее вульгарного шестимерного волка, которого и не разглядишь-то толком!
— Интереснее, да, но и опаснее, — возразил Милан. — Подумаешь — волк, пусть даже шестимерный. Что он может — убить и съесть. Умирать все равно придется рано или поздно. Кончено, никто не торопится, но все там будем. А властитель, причем не ограниченный законом, потому как он сам — закон, может все. Поэтому, он опасен по-настоящему. Вацлав, может, вы передумаете и не пойдете к Душе? Сходите к истокам, принесите меня в жертву наиболее приглянувшемуся, ну чем плохо?
Вацлав улыбнулся.
— Ты правильно сказал, мой мальчик, властитель, который сам закон для себя и для подданных, опасней целого зоопарка голодных зверей. Но не для нас. Мы не его подданные, над нами он не властен. Он может нас убить и только.
Милан встал.
— Пойдемте, господа, а то мы и к утру не придем.
Все быстро собрались и пошли дальше по заснеженной тропинке. Стас подошел к Милану.
— Вы это серьезно говорили насчет принести в жертву?
Милан покосился на рослого, русоволосого мага.
— Вацлав в таких случаях говорит, что в каждой шутке есть доля шутки, Стас.
Глава 22 Душа Трехречья
Шли быстро. Милан задавал темп. Но делали частые и длительные перерывы. Милан озабоченно говорил, что ему, де, надоело ночевать на снегу, и он хочет до ночи попасть в город. Вацлав подумал, что Милан вспомнил их общего друга Горислава. В результате, как и следовало ожидать, к ранним декабрьским сумеркам он совершенно выдохлись, но это не удивительно. Гораздо удивительнее было то, что их так никто и не обогнал.
Землю окутала тьма и Милан, наконец, пошел более ровным шагом.
— Стас, вы не умеете ориентироваться на местном снегу? Далеко до Истоков-то?
— Километров десять.
— Как вы определились?
— Не видно никаких признаков жилья. Истоки не самый большой город, но гостиницы там многоэтажные, да и конторы тоже. А уж за целый день километров двадцать пять мы должны были пройти. Вышли-то еще затемно.
Вацлав тихо хмыкнул.
Часа через два путники и, правда, увидели городские огни. Милан решительно сбросил с плеч вязанку хвороста и объявил, что не в состоянии больше сделать ни шагу. Вацлав принялся разводить костер, Стас и Янош тоже сбросили с плеч вязанки хвороста и начали ставить палатку. Милан занялся ужином.
— У вас оригинальная манера путешествовать, Милан, — заметил Стас. — Я что-то не замечал у вас ее раньше. Где вы такой обзавелись?
— У меня был хороший учитель, — улыбнулся Милан, переворачивая вилкой колбасу на сковородке.
— Хотел бы я с ним познакомиться.
— Могу оказать вам эту услугу, когда вернемся в Верхнюю Волынь. Думаю, он будет в восторге. Я представлю вас как близкого знакомого, даже друга князя Венцеслава. Тогда он будет с вами чрезвычайно любезен, расскажет вам много нового и попросит познакомить с князем.