Касси вдруг вспомнила о Кобе. Снова увидела перед собой фотографию каменного дома. Интересно, сколько раз она вот так стояла там у окна, не в состоянии уснуть и обезумев от горя? Касси закрыла глаза и вдохнула теплого воздуха. Нельзя, чтобы мама еще раз такое сделала, просто нельзя. Но Муса об этом позаботится.
Посреди ночи она в ужасе проснулась. Громкий храп прекратился. Касси бегом спустилась вниз, сердце выпрыгивало из груди, ноги тряслись. Как оказалось, опасения были напрасными – мама повернулась на другой бок и крепко спала. Одеяло немного сползло, и в темноте ее голая рука как будто светилась оранжевым в лучах уличного фонаря. Касси задвинула шторы и поправила одеяло. Затем собрала со стола вещи, которые вытряхнула из маминой сумки, и убрала все обратно. А потом пошла спать, немного успокоившись. Еще чуть-чуть, и Муса приедет.
Когда она уехала в школу, мама еще спала. Точнее, опять заснула. Она ненадолго открыла глаза, пока Касси собирала себе что-то вроде завтрака: фрукты (их оставалось предостаточно), засохший, практически деревянный бутерброд, несколько морковок.
– Привет, солнышко, – сказала она сонно. – Боже, я уснула на диване? А я ведь, к вашему сведению, ничего не пила.
Она захихикала, но Касси не считала произошедшее смешным.
– Ты приняла таблетки. Снотворное.
Мама, казалось, ничего не помнила.
– Лоразепам, – строго сказала Касси. – Ты выпила две или три штуки. Знаешь, как я испугалась? Я не могла тебя разбудить, а ты… лежала и так страшно храпела. Зачем ты это сделала?
Было видно, что она, наконец, вспомнила.
– Да, точно, боже мой… Эти таблетки, которые дал Ханс…
– В смысле, Ханс?
– Он покупает их в Интернете.
– Он больной. Тебе нельзя пить таблетки.
– Я просто хотела заснуть, – мама пыталась возразить. – Я ничего такого не делаю, перестань.
– У тебя же нет проблем со сном?
– Нет, когда я выпью… Но Хуго говорит… – Она глубоко вздохнула. – Солнышко, у меня такая слабость… Я еще чуть-чуть посплю, хорошо?
Не дожидаясь ответа, она отвернулась к спинке дивана.
– Муса переночует у нас, – сказала Касси. – Сегодня днем приедет. Он заберет меня из школы, и мы вместе приедем домой.
– Муса… – пробормотала мама в полусне. – Я его знаю?
– Нельсон Мандела.
– А, этот, да… А Хуго тоже приедет?
– Нет, – удивилась Касси. – С какой стати?
– Тупой зануда… Видеть его больше не хочу. Если он…
Ее голос постепенно затихал и превращался в слабый шепот, который вскоре сменился размеренным дыханием.
Касси взяла сумку и вышла. Она закрыла за собой дверь очень тихо, хоть и понимала, что мама не проснулась бы даже от пушечных залпов.
На улице снова моросило.
Этим утром предлоги дательного падежа в немецком языке волновали ее в последнюю очередь. Мама, Коба, Стру – вот те слова, которые не давали ей покоя. И поскольку каждое из них наводило на мрачные мысли, она оканчивала почти все свои размышления словом «Муса». Муса приедет. Муса сделает все для того, чтобы остановить зло.
«Интересно, все еще спит? – думала она. – Я ведь все таблетки выбросила?» Время от времени Касси поглядывала на одноклассников, которые так же, как она, сидели, уткнувшись в свои тетрадки. «А их мамы тоже выкидывают такие фокусы? Наверняка нет», – с горечью подумала она. Но как только в ней вновь закипал гнев, возвращались те мысли, которые, как деревяшка на воде, никак не хотели тонуть. «Почему она так несчастна? Может, надо было остаться дома? А вдруг я просто плохая дочь? Кость в горле, обуза?»
Мысли о Кобе этим утром тоже ее не радовали. А вдруг Коба была права? И теперь вся деревня ополчится на нее, когда…
«Не надо было ходить в полицию, – отчаивалась Касси. – Теперь все будет только хуже».
«Боже, – она представила, как Стру грозит ей указательным пальцем. – Еще чуть-чуть, и у меня действительно будет дурная репутация».
Фейнстра, в которого она сегодня врезалась на перемене, только подлил масла в огонь.
– Есть новости по поводу расследования? – спросил он.
– Нет, – ответила она односложно, надеясь побыстрее закрыть тему. Но нет, Фейнстра был в своем репертуаре.
– А ребята? Нормально себя ведут?
Она пожала плечами:
– Меня пока не трогали.
И снова его испытующий взгляд:
– У тебя ведь все в порядке?
– Да, конечно, все хорошо, – сказала она и, желая избавиться от назойливого учителя, добавила: – К нам приедет один мой хороший друг, он мне как дедушка. Поможет немного, и все такое.