В субботу, когда была гроза

– И правильно, – холодно ответила мама, – я ей не кто-нибудь там, хоть у меня и нет такого дома.

Оба накрыла стол в беседке. Пока они обходили дом, она рассказывала о козах, бабочках и своем садике, но мама почти никак не реагировала. Она молча шла рядом с Обой и внимательно, даже слегка с опаской, оглядывалась по сторонам. На столе лежала скатерть с вышивкой, и по всей видимости, Коба достала свой лучший чайный сервиз. В серебряной мисочке лежали кубики сахара, на блюдечке – ломтики лимона.

Малина тоже стояла на столе, в той же посуде, как в прошлый раз.

– Можно мне покачаться?

– Не надо дурачиться, – сказала мама, а Оба лишь улыбнулась и ответила:

– Конечно, это же твои качели.

Касси было странно видеть, как мама и Оба сидят вместе под розовыми кустами.

– Сахар?

– Мм… Нет, спасибо.

Мама пила чай! Знала бы Оба, насколько это было необычно.

– Как вы, привыкли уже немного? Наверняка пришлось непросто: из города – и в такую деревню.

– Да нет, все в порядке. С Касси тоже, – преувеличенно бодро ответила мама. – Тот случай с мальчиками… такое где угодно может случиться.

– Само собой, – задумчиво произнесла Оба.

– Слышу, вы считаете иначе.

Это прозвучало довольно резко.

«Прошу тебя, – мысленно взмолилась Касси, сидя на качелях, – не надо ругаться, мама, пожалуйста. Возьми себя в руки».

– Нет, Моник, я полностью согласна с вами, – сказала Оба. – Ужасно, но это могло случиться где угодно.

Мама живо кивнула.

– Я до сих пор думаю… а если бы я не притащила ее в эту дыру, что бы изменилось? Если бы она была здесь счастлива, если бы это она решила сюда переехать… Она ненавидит это место, я прекрасно знаю. Мне от этого больно, но что я могу поделать? Мы ждали наш дом три года, целых три года, впрочем, в Лейдене ждали бы семь. И получили бы маленькую квартирку.

– Вы бы тоже хотели вернуться?

Мама пожала плечами:

– Дом этот ничего. И природа здесь мне нравится. И денег тут мы меньше тратим, потому что тут нехрен… простите, нечего делать. Вот только…

– Только?

– Это долгая история. И неинтересная. Скажем так. – Голос вдруг оборвался. Касси навострила уши. С трудом подбирая слова, мама сказала: – Я представляла, что все будет по-другому.

– Да? – односложно сказала Оба.

– Да, – мама вдруг засмеялась. – Глупо, конечно, но я себе нафантазировала этакую сказку о Золушке. Она ведь знала, что поедет на бал. В жизни с тем принцем не разговаривала, но знала: все случится именно там. Поэтому сделала все, чтобы оказаться на балу.

Качели тихонько поскрипывали. Внимательно прислушиваясь, Касси замедлила их ход и совсем остановилась.

– Ну, – слышала она мамин голос, – я думала примерно так же. Мне казалось, если я буду здесь, все изменится. Все встанет на свои места, я перестану себя так дерьмово чувствовать. Прямо как Золушка, когда она встретила того парня. Но как только я оказалась на своем балу…

Она замолчала.

– Да? – снова спросила Оба.

– С тем же успехом я могла бы быть одной из тех мышей. Зверьком, которого никто не ждал, – договорила мама сердито, мрачно и грустно одновременно.

– Может, настоящий бал начнется позже?

Мама тряхнула головой.

– Нет, – твердо сказала она. – Все закончилось. Не будет больше никакого бала. Мне трудно объяснить, просто так и есть.

Солнце спряталось за большими облаками. Касси вдруг стало немного холодно.

– И что теперь? – спросила Оба.

Мама откинула назад свои светлые волосы и наигранно засмеялась:

– Понятия не имею. Переключиться на что-нибудь. Продолжить дышать. Полечиться пару недель. Или у вас есть вариант получше?

– Может, нам, людям, стоит чаще брать дело в свои руки, – задумчиво ответила Оба. – Не ждать, когда где-нибудь начнется бал, а самим развешивать гирлянды. Радоваться тому, что у нас есть, тому, что мы имеем.

Она на секунду положила ладонь собеседнице на руку.

– Когда-то я думала, что моя жизнь больше не заиграет красками. И вдруг оказалось, что гирлянды все же остались. Может, если хорошенько поискать.

– Гирлянды – это, скорее, для детского утренника, – равнодушно ответила мама. И обратилась к Касси: – Пойдем, солнышко, нам уже пора.

27