В субботу, когда была гроза

Муса откашлялся и произнес:

– Мой «пежо» уже слишком старый и не очень комфортный. Не знаю…

После этого Оба еще что-то пробормотала о том, что не хочет обременять Мусу, а Муса нахмурил брови и добавил что-то про «слишком неожиданно» и «слишком далеко».

– Ой, могли бы просто сказать, что вам не очень-то хочется, – раздраженно фыркнула Касси и ушла обратно наверх стелить постель.

Потом она с унылым видом вышла из комнаты Мусы и поплелась к себе. Она начала разбирать чемодан и ненадолго остановилась у окна, чтобы посмотреть на сад. Уже смеркалось. Возле качелей прыгали два кролика.

«Радуйтесь, что Оба вас не видит, – сердилась Касси. – Иначе всё, допрыгались бы, отправились в духовку».

Господи, ну почему взрослые всегда всё усложняют? Почему они не могут просто немного повеселиться?

«Лягу-ка, пожалуй, спать», – Касси вдруг почувствовала, как она устала.

Она спустилась на первый этаж, чтобы пожелать всем спокойной ночи, но на диване никого не было. Снимки так и остались лежать на столе, а Муса с Обой куда-то пропали. Касси заглянула в кухню, но и там никого не оказалось. Может, они пошли к козам? Но нет, те мирно жевали траву в гордом одиночестве. «Пежо» Мусы был на месте.

«Мастерская, – подумала Касси. – Это единственное место, где я не проверила. Но ведь если бы они пошли наверх, то я бы услышала?»

Она уже собиралась подняться по второй лестнице, когда услышала, что на кухне скрипнула дверь. Сначала скрип, а затем и голоса, радостные и оживленные.

Она встретила их внизу, в коридоре.

– Где вы пропадали?

– Я показала Мусе «вольво».

– «Вольво»? У тебя есть машина? И где она стоит?

– В большом амбаре, за сеном.

– «Амазон 121С», – Муса сиял. – Сильная дама, благородный характер. Моя первая большая любовь, много лет назад.

– Да, прямо трогательное воссоединение, – рассмеялась Оба. – Да что такого в этой машине? Мой отец тоже чуть ли не стихи для нее писал, это было его любимое дитя. Прежде чем сесть внутрь, мы должны были тщательно вытереть ноги о специальный коврик. И сам он тоже так делал. И пока у него хватало сил, он мыл ее два раза в неделю, особым средством.

– А, значит, она совсем старая, – Касси скривилась. – Я-то думала, она еще на ходу. Что, может, мы на ней…

– На ходу, – уверенно перебил ее Муса. – Это все же «Вольво», может быть, лучшая машина в мире. Завтра смотрю, у меня в деревне нет ремонта, я знаю мотор от горки до горки.

– Корки! – одновременно сказали Касси с Обой.

Все трое засмеялись.

– И если Муса сможет ее завести, то мы поедем во Францию, – голос у Обы вдруг снова стал серьезным. – Муса меня уговорил. Сказал, что мне так станет легче, и, думаю, он прав. Поездка поможет мне… провести черту под всем этим, начать новую жизнь.

Касси была так взбудоражена, что не могла спокойно стоять на месте, она заплясала прямо в коридоре.

– Здорово! Значит, как только Муса закончит, мы поедем?

Муса ненадолго задумался.

– Сначала надо ехать в Лейден.

– А мне надо связаться с нотариусом, – сказала Оба. – И найти какой-нибудь дешевый отель. Или кемпинг. По-моему, где-то на чердаке лежит палатка. Нам надо будет где-то переночевать. А ты как? Ты сможешь просто взять и уехать?

Черт, Стру. Его это не обрадует. Вспомнив о нем, Касси сразу же подумала о маме и нахмурилась.

– Может, идея и правда так себе.

Оба посмотрела на нее с недоумением:

– В чем дело?

Касси пожала плечами:

– Я просто подумала… а если маме не понравится в клинике и она уедет оттуда?.. Приедет сюда, а здесь никого нет. Вдруг она опять наделает глупостей?

– Мама – большая девочка, – сказал Муса второй раз за день. – За мамой смотрят другие люди, и скоро она лучше смотрит за вами двумя. Не надо переживать, сейчас каникулы.

Оба подмигнула ей:

– Послушай своего дедушку, дедушки никогда не ошибаются.

Касси захихикала. Оба умела читать мысли, не иначе.

36