- Я предупреждал, что вернемся не все. Может быть, вообще не вернемся, - ответил Рон и покосился на Браина, чтобы увидеть его реакцию. Как и ожидал он, биолог побледнел еще больше, чем был до этого. – Через двадцать минут сделаем привал, - добавил он, чтобы немного успокоить ученого.
Браин кивнул головой, и угрюмо побрел к своим подчиненным. Взгляд его был таким потерянным и потухшим, что Ронану даже стало его жалко.
- Эй, биолог! - окликнул его Рон. – Надейся на лучшее.
Во время привала, пока биологи брали образцы почвы, фотографировали местность, чертили что-то в своих бумагах, Рон присел в тень раскидистого дерева, облокотясь спиной о ствол и, надвинув на глаза камуфляжную кепку, задремал.
Днем, на открытой местности, звери не нападали. Но, тем не менее, Херри и Ровена были начеку, присматривая за лагерем, а Рассел и Крэйг бродили по лесу в поисках дичи. Это у них получалось хорошо, и на ужин всегда было свежее мясо.
Сон, в который погрузился Рон, был тревожным. И вроде все спокойно вокруг, зеленая поляна, бабочки, ромашки, а в душе тревога. Он видел Вивьен, она сидела в траве, распустив черные волосы, не поворачиваясь, позвала его. Он осторожно подошел к ней сзади, боясь взглянуть ей в лицо.
- Смотри, я покрываюсь шерстью, - сказала она.
Девушка протянула руку, покрытую черной шерстью, и повернулась к нему. Рон смотрел на Вивьен, а у нее не было лица, просто кровавое месиво, сквозь которое проглядывали кости черепа. И вдруг, она лопается как мыльный пузырь, и из нее вырывается наружу лохматый зверь, он рычит, бросаясь на него, в стороны летят куски разорванной плоти Вивьен.
Рон вздрогнул, при этом больно ударившись головой о дерево, и проснулся. В его ушах все еще стоял рев зверя. Бессонные ночи давали о себе знать.
Он оглядел поляну сонными глазами, которые все время закрывались, хоть спички вставляй. Но только взгляд его коснулся Ровены, сон как рукой сняло. Сестра его сидела у костра в компании Херри и рука того лежала на талии девушки. Ронан поднялся с земли, взял автомат в руки и, сжимая его до боли в пальцах, направился к ним, на ходу пытаясь успокоить себя.
- Херри! - позвал он друга. - Отойдем?
Херри поднялся на ноги и последовал за ним. Когда они отошли на достаточное расстояние, где их никто не мог услышать, Рон спросил, стараясь не выказывать своих чувств:
- Что у тебя с Ровеной?
- Мне нравится твоя сестра.
- Не морочь девочке голову Херри, у тебя же таких в каждом баре по десять штук на квадратный метр.
- Ровена взрослая девушка, ей самой решать, - с вызовом ответил Херри.
- Пока она находится под моей ответственностью, попрошу тебя, оставь ее в покое. По крайней мере, здесь в Зоне.
- А то что? – Херри не сдавался.
- Просто прошу тебя. Мне бы не хотелось ломать нашу дружбу.
- Да что с тобой? – удивился Херри. – Что такого в том, что я ухаживаю за Ровеной? Может, я женюсь на ней сразу же по возвращении из Зоны. Что ты на это скажешь?
Рон закрыл глаза, чтобы друг не прочел в его взгляде ненависть, которая сейчас переполняла его и пожирала изнутри. Он не хотел признаваться себе в том, что был готов выпустить всю обойму в своего единственного друга, только бы тот никогда не прикасался к Ровене.
- С тобой все в порядке? – спросил Херри, настороженно.
Рон не ответил, он развернулся и ушел по уже натоптанной биологами тропинке, подальше от всех. Ему необходимо было побыть сейчас одному.
Шел он долго, и остановился тогда, когда лагерь остался далеко позади, достал сигареты и закурил. Сделав очередной затяг, нервно сбросил пепел с сигареты, и тут случайно взглянув себе под ноги, увидел смятую пустую пачку из-под сигарет. Рон нагнулся, поднял ее и развернул. Никто из его группы не курил такие сигареты, а Рассел и Крэйг вообще не курили.
«Биологи? Надо проверить».
Он приподнял пышную ветку кустарника и пригляделся. След, не четкий, едва заметный. Еще один, и еще. Рон выпрямился, огляделся по сторонам, постоял так несколько секунд и пошел дальше. Через некоторое время он вышел на открытое место. Здесь заканчивался лес. Впереди на несколько миль простиралась равнина, за ней, в сиреневой дымке, виднелись высокие горы. А вдоль равнины бежала река, широкая, бурная, каменистая. Та самая. Она делала поворот прямо под высоким холмом, на котором в данный момент стоял Рон.
«Крэйг был прав, река действительно бежит на север».
- Я же говорил, - услышал он мягкий голос Крэйга за своей спиной.
Рон вздрогнул от неожиданности, он не слышал, как к нему подошел следопыт и, обернувшись, увидел его и Рассела, они стояли позади него и держали в руках тушу убитого оленя. Он разжал ладонь и показал им смятую пачку из-под сигарет.